Последнее Рождество на земле

– Б… бревно?

– Это ты видишь бревно, а на самом деле этот предмет представляет собой намного, намного большее, – ответил Брайан. Абдул засомневался, что неверный просто нагло издевается над ним, он боролся с желанием обнажить саблю; ему так хотелось искромсать европейца и уйти, бросив его здесь долго умирать в муках. Потом он подумал, что Брайан может заподозрить его намерения и решить оставить пока сокровище в бревне, а позже вернуться тайком и забрать его; может бревно нужно только, чтобы отвлечь внимание.

– Прости, сахиб, я не понимаю, – произнес Абдул как можно более кротко, чтобы скрыть злость. – Если это не всего лишь бревно, тогда что же?

– Ты ведь знаешь кто такой Иисус Христос?

– Конечно, сахиб, в Коране упоминается о пророке с таким именем… но я все равно не понимаю!

– Знаешь, что произносит священник в момент христианского причащения, то есть, когда он причащает верующих? – спросил у него Брайан. Абдул неуверенно кивнул.

– «Плоть христова».

– Что это значит?

– Именно то, что я говорю! Несколько лет назад во время экспедиции в эти места я обнаружил в одной пещере настоящее евангелие Иуды Искариота, и мне удалось перевести его! Казалось, будто читаешь научно-фантастический роман, но я поверил написанному и стал рыться и рыться в архивах.

И если я не ошибся, то перед нами лежит плоть христова, или точнее, та плоть, в виде которой он упал на планету Земля на борту своего космического корабля. Та плоть, которую он потом покинул, чтобы принять человеческое обличие.

Абдул даже не успел усвоить объяснение, потому что тут же после бредовых откровений европейца он увидел, как вдали из-за дюн начали виднеться головы приближавшихся людей. Всего лишь мгновение спустя он осознал, что попусту поднял на ноги все племя самых жестоких синайских разбойников. Чтобы навязать им свой план, он наплел им об огромном сокровище, и теперь, открыв, что никакого сокровища нет, Абдул почувствовал себя в опасности. Точнее, в смертельной опасности.

– Там твои друзья подходят, да? – прочитал у него в мыслях Брайан.

– Нет, сахиб, поверь, я… – начал было отнекиваться бедуин, но под взглядом Брайана у него прошло желание продолжать.

– Думаю, что они тебе вырвут из груди твое ненасытное сердце, – равнодушно заметил Брайан. Бедуин, знал, что свалял дурака, и отчаянно заоглядывался, но он понимал, что, если искать его будут разбойники, то пустыня окажется слишком маленькой, чтобы прятаться.