Дорога под солнцем. Книга вторая. Тернистый путь к дому

Странно, почему не сделали, может мой вид им внушает доверие или потому, что я иностранец или ещё, что-то, о чём я не знаю. Может, я сильно сгущаю краски и просто нужно подождать, эх, надо бы позвонить домой, родителям, у меня такое чувство, что нужно это сделать». Да у Артёма было стойкое ощущение, что нужно позвонить, он ведь не собирался это делать до момента своего приезда в Мар дель Плату, а теперь у него появилось желание это сделать, почему он понять не мог.

«Наверное, потому, что мне плохо и одиноко в такой ситуации, и я хочу всё это высказать своим близким, видно я эгоист, этого нельзя делать ни в коем случае.

Точно я сам всё заварил, сам и буду расхлёбывать теперь, как бы всё не пошло. Надо поговорить ещё раз с сеньором Моралесом, чего мне вообще ожидать, странно, что его ещё нет или он забыл обо мне. Хотя нет, не забыл, он же мне льготное содержание под стражей обеспечил, поверь, он не забудет этого. Ты сам то понял что сказал, для чего мне льготное содержание, я кто такой есть то? Здесь что-то не то, а что я не пойму ни как, тут явно есть какой-то подвох».

Когда пришёл дежурный за подносом и приборами, Артём его спросил:

– А что, ваш начальник сеньор Моралес, у себя?

– Сейчас нет на месте, приезжал с утра и быстро уехал, когда будет неизвестно, он редко в офисе находится.

– Ясно, спасибо.

Артём опять остался наедине со своими мыслями, и они не давали ему покоя.

«Приезжал, он был сегодня и меня не вызвал, отпечатки пальцев тоже сегодня не брали, что всё это значит? А может ничего не значит, он же говорил, что это дело миграционной полиции, значит, идёт решение вопросов между ведомствами о моей передачи.

Стоп Артём, а тебя записывали вообще куда-либо, в журнал какой-нибудь, где-нибудь, ты же нигде не расписывался».

Артём отчётливо вспомнил, что нигде, начиная с задержания на вокзале, никто не вносил никуда, никакие записи, и он нигде не расписывался, и даже те полицейские, которые его сюда привезли, чего-то он не помнил, чтобы они где-то расписывались.

«Но может это так здесь принято, в Колумбии или в данном городе, зачем делать какие-то выводы без знания местной специфики, нужно успокоиться и ждать и прекрати нервничать»,– в конце концов, решил Артём, и устроился поудобней, если можно было лечь поудобней на этом жёстком лежаке. Ночью Артём спал неважно, его мучили тяжёлые сны и кошмары, он несколько раз просыпался и лежал некоторое время, пытаясь понять, чем закончился очередной сон и с чем это может быть связано.