Мировая закулиса и русская революция: криптооккупация России

Но в целом получается, что «теория еврейского заговора» признаётся за реальность. Но «еврейского заговора» никогда не было (см. главу 7). Был и есть заговор банкиров Лондона и Нью-Йорка, среди которых много «арийцев».

И ещё: в мире нет тайной информации – всё, в принципе, известно. И когда говорят, что вот, мол, это будет известно через 50 лет, когда откроют архивы… У таких людей есть надежда, что в архиве есть документ (т. е. бумажка) в которой прямым текстом говорится, что, например, Хрущёв приказал убить Сталина.

Но, понятно, что таких документов в архивах нет. Такие приказания отдаются только устно, а свидетели, в большинстве случаев, уничтожаются либо молчат до конца жизни. А то, что такие приказы были, свидетельствует много косвенных доказательств. Надо иметь в виду, что число запротоколированных партийных решений, начиная с самых высших инстанций, «ничтожно в сравнении с числом даваемых указаний, устных и телефонных, нигде не зафиксированных, но неизменно выполняемых» [6 - Восленский, М. Номенклатура. – М.: Советская Россия, 1991. – С. 394.]. Более того, «архивные источники» создавались специально и в недалёком прошлом. Бывший работник Центрального комитета (ЦК) КПСС Николай Зенькович приводит рассказ сотрудника секретариата К. Черненко В. Печенева. «Ознакомившись с архивами политбюро, – писал он, – за вычетом сухих резолюций и постановлений, которые становились общеизвестными, вы познакомитесь с «дискуссиями» в обработке Анатолия Ивановича Лукьянова, бывшего тогда первым заместителем заведующего общим отделом. Заседания политбюро, на которых я присутствовал, шли не под записываемую на плёнку, а потом расшифровываемую стенограмму, а под запись Лукьянова, который потом передиктовывал свои заметки стенографисткам. Говорят, этим занимался Черненко, когда был заведующим тем же отделом» [7 - Зенькович, Н. 1985–1991: что это было? – М.: Олма-пресс, 2005. – С. 31.]. А личный секретарь М. Горбачёва В. Болдин говорил, что Горбачёв и его помощник А. Черняев в «массовом порядке» перерабатывали протоколы бесед с западными политиками, а Горбачёв лично даже изымал целые страницы из таких записей, последствием чего было сокрытие полной информации о содержании таких бесед от руководства страны (и от будущих поколений). То же говорил и начальник аналитического управления КГБ генерал Н. Леонов, который писал, что многие такие беседы переводились не официальным переводчиком Горбачёва и даже не протоколировались.