Оборотни тоже смертны

В руках он держал «шмайссер», к тому же на поясе красовалась кобура и финка. Понятно, почему Макаров так среагировал. У него-то опыт общения с подобными персонажами – как с немецкими, так и с финскими – был куда богаче… Да и общался он с ними в полевых условиях, а не в кабинете.

– Вот, Мельников, дошуткуешься ты когда-нибудь, – проворчал партизан, который отвел автомат Макарова. – Сейчас этот парень всадил бы в тебя полдиска. У него, видать, на такую форму одежды реакция четкая, да и, судя по нему, он бы не промахнулся…

В ответ Мельников лишь улыбнулся.

И тут Сухих понял, что знаменитый партизанский разведчик, про которого в бригаде рассказывали разные лихие истории, очень молод. Лет восемнадцать, не больше. Просто у него были резкие черты лица, которые его старили; козырек кепи скрывал глаза. И фигура у него была массивнее, чем у ребят его возраста. Но на то старший лейтенант и был особистом, чтобы разбираться в людях. Теперь стали понятны слова командира про «склонность к неоправданному риску». Хоть и герой, а все равно мальчишка.

Между тем Мельников, закинув автомат за плечо, подошел к Аганбекову.

– Товарищ командир, задание выполнено, разведку я провел. Только сперва разрешите доложить: наш секрет – тот, что слева у болота, возле реки, – плохо поставлен. Я прошел незаметно; значит, кто-нибудь еще может…

– Про пикет мог бы и потом, – поморщился Аганбеков. – Докладывай.

Мельников на секунду замялся, покосившись на незнакомого лейтенанта. Перед рейдом и во время него он находился в передовой разведке своего отряда, поэтому был не в курсе перемен в руководстве соединения.

– Это начальник отдела старший лейтенант Сухих. При нем можешь докладывать.

– Разведку проводил, согласно приказу, в южном направлении. Обнаружил брод через Щачу. Брод хороший, можно пройти с телегами. Шоссе Слоним – Волковыск и Волковыск – Мосты довольно оживленные. Немцы там непуганые. Даже одиночные машины ходят. То же самое с железной дорогой. По обеим веткам движение оживленное.

Охраняются из рук вон плохо. Ясно, что про партизан тут и не слыхали. Или слыхали, но позабыли. В ближайших деревнях стоят гарнизоны. Полицаи. В Мостах, как уверяют местные жители, сильный немецкий гарнизон. Но сам я к нему приближаться не стал. И еще. Есть сведения, что на юго-востоке, на этой стороне Щачи, есть партизаны. Только какие-то странные.

– Точнее!

– Я слышал только из вторых рук. Сведения следующие. Пришли в одну из деревень, сожгли мельницу.