Оборотни тоже смертны

Фрицы, наверное, потому и чувствовали себя там так спокойно.

– Я ж вам честно сказал: купил, а вы все не верите. Соль мы с Жихаревичем взяли? Взяли. Вот я и сторговал за полкило у одного человека из Левых Мостов. Правда, хозяин, наверное, и так бы отдал. Все одно рыбу ловить бессмысленно, улов отберут – не немцы, так полицаи. У них ведь так: привяжутся – ты куда плавал, к партизанам? Люди и рады все отдать, чтобы отвязаться. У них, кстати, так было заведено, еще когда нами тут и не пахло. Да и никаких партизан в округе не имелось.

– Только вот… Каждый день плавать… Может, выселки на правом берегу сделать для подрывников?

– Лес там гаденький. А за ним – голые поля. Если все-таки сунутся по вашу душу – куда денешься? Либо драпай по полям, как заяц, либо как Чапай – через реку под огнем… Это тебе не наши бывшие места.

В самом деле, по сравнению с прошлой базой леса тут были не ахти. Особенно здесь, на северо-западе от базы. На востоке дело обстояло лучше. Там вот уже неделю партизанские соединения успешно мешали фрицам жить на железнодорожной ветке Барановичи – Лида.

Но до той ветки было сорок километров. В местах, откуда пришло соединение, партизаны уже настолько обнаглели, что подрывники не уходили далеко от объектов диверсий, а устраивали «выселки» неподалеку от железных дорог. Чтобы ноги зря не бить.

Тем временем ЦШПД требовал расширения сферы диверсий. Рядом имелась одна ветка – именно эта, Мосты – Лида, которую сегодня «обновили». По прямой от лагеря Аганбекова до нее было всего лишь восемь верст.

И подходы удобные, через лес. Одна беда – на пути лежал полноводный Неман. Но вот Мельников достал лодку, пообещав, что будут и еще. Может, оно и к лучшему, что все так складывалось. Немцы некоторое время будут искать партизан, рвущих эту железку на том берегу, решив, что «бандиты» разделились. Искать будут долго – они это всегда делают серьезно, обстоятельно. А для серьезности и обстоятельности нужно очень много войск, которые не так просто раздобыть в этом глухом тылу. Ведь ближе к фронту партизан еще больше.

Потом-то, конечно, вычислят – не дураки все-таки. Но весь расчет был на то, что к тому моменту, когда немцы созреют для активных действий, соединение сильно разрастется, а главное – пустит корни в местную почву, приобретет в каждой деревне глаза и уши. Вот тогда справиться с ним будет непросто. Ведь все-таки главная сила партизан – совсем не в дремучих лесах. Бесследно спрятаться в чаще может небольшой отряд.