Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера. Полная версия. Книга 1. Книга 2

Даже если человека просили, умоляя или пугая, чего-либо не говорить, всё равно он это чаще всего делал. Мы, человеки, странные создания, и единственная возможность уберечь тайну – не говорить о ней вовсе. Конечно, есть и исключения, в виде умеющих держать язык за зубами, но мы не можем не реагировать, и порой даже просто молчание указывало, в каком направлении необходимо двигаться – не мытьём, так катаньем.

Лифт

Мерзкая погода, конец 1994 года, дела, касающиеся «Марвола», радуют всех, но не всё так сладко и не как хотелось бы.

Гусятинский протягивает мне написанный на клочке бумаги словесный портрет какого-то человека. Там же – адрес, марка и номер автомашины. Но нет фотографии, а мало ли может быть всяких ситуаций? Но уверенность «босса» говорит о невозможности сомнений и о его убеждённости в правильности решения. Спорить бесполезно, можно попытаться сделать снимок самому, хотя, на сей раз, ни времени, ни возможности он не даёт: «Надо ещё вчера». Впрочем, по-другому никогда и не было.

Чистопрудный бульвар, старые дома, своеобразная инфраструктура. Подъездов я не любил – это для хулиганов, бомжей и «начинающих», засветка 100 %, да и случайные свидетели были не редкостью, а их, насколько я знаю, ждала та же участь, что и человека, которого убивали. Никто никогда ничего не должен видеть, тем более рядом с местом, где всё происходило. Ну, разве что, в очень крайнем случае, и то в массе народа и холодным оружием или сильно закамуфлированным огнестрелом.

Место было хоть и закрытое, но неудобное – двор полуколодец, со множеством выходящих в него окон, в соседнем подъезде – опорный пункт милиции. Во всех дворах – проходные, как и подъезды, въезд в арки, мест парковки почти нет. Значит, водитель подвезёт прямо к выходу, значит, и времени на реакцию и для отхода почти не будет. Поэтому машину приходилось высматривать издалека, ещё в потоке при подъезде, чтобы успеть прошмыгнуть впереди неё через арку и, как бы удаляясь от них, контролировать процесс.

Оказалось непросто определить по форме горящих фар и их размерам марку и серию машины, но и здесь нужна была только привычка, а потому всё дело во времени. Неделю я промёрз безрезультатно, выслушивая всякую всячину от Гусятинского, а на деле оказалось, что человек был просто в отъезде. Почему-то в тот раз, наверное, из-за надежды сделать всё быстро, подключаться к домашнему телефону не стали, и это была ошибка.