100 великих кавалеров ордена Святого Андрея Первозванного

В это время в Финском заливе появилась эскадра адмирала Нумерса, которая вышла к Неве. Шведы даже не подозревали, что здесь появились русские войска. От эскадры два корабля вошли в реку и направились к Ниеншанцу.

А.Д. Меншиков

Русские дозоры в виде мореходных лодок надежно стерегли берег моря. Экипажами были опытные гребцы и морские солдаты из числа «потешных» – преображенцев и семеновцев. Царь Петр I и его фаворит решили разыграть абордажный бой, заманив два шведских парусника в засаду между речными островами, что и удалось на славу.

Шведы, подвергшиеся внезапному нападению с двух сторон, сражались отчаянно. Бой на Неве получился кровавый. Русские гвардейцы имели только ружья с багинетами, шпаги и ручные гранаты (бомбочки), в то время как в них в упор стреляли ядрами и картечью корабельные пушки, а с высоких бортов в лодки летели мушкетные пули и те же ручные гранаты. Оба корабля взяли с боя с большими потерями людей с той и другой стороны.

Адмирал Нумерс не решился войти в устье Невы и прийти к своим на выручку.

Это была первая морская победа русского оружия на Балтике. Царь Петр I, чрезвычайно довольный таким боевым успехом, повелел выбить специальную наградную медаль для оставшихся в живых участников абордажного боя. Лаконичная надпись на медали гласила: «Не бывалое бывает».

Главных же героев той морской баталии ждали очень высокие награды – ордена Святого апостола Андрея Первозванного. Их государю и его любимцу торжественно вручал первый андреевский кавалер генерал-адмирал и генерал-фельдмаршал граф Федор Алексеевич Головин.

Александр Данилович Меншиков к тому дню совершил уже немало подвигов, которые могли оцениться по-царски. Будущий полновластный фаворит последнего русского царя и императрицы Екатерины I был «низкого» происхождения, которое до сих пор не выяснено.

Образования, даже домашнего, он так и не получил, до конца своих дней оставался безграмотным человеком, умевшим только расписываться. Однако природная одаренность и сообразительность вполне заменяли ему «учебные знания».

В детстве Алексашка был по случаю взят в слуги швейцарцем Францем Лефортом, иноземцем на русской военной службе, подружившимся с юным царем.