Илон Маск: инопланетянин

Джошуа был весьма необычным человеком: во многом он является примером для Маска. Когда Джон умер, Джошуа было всего семь лет. Лишившись отца, мальчик начал работать очень рано. Он влюбился в широкие степные просторы, научился ездить верхом, увлёкся боксом и борьбой. Джошуа объезжал лошадей для местных фермеров; более того, он даже стал организатором одного из первых родео (спортивных соревнований ковбоев) в Канаде. На семейных фотографиях Джошуа изображён в кожаных штанах с лассо в руках. Совсем юным Хальдеман ушёл из дома и поступил в Школу мануальной терапии Палмера в Айове.

Затем он переехал в Саскачеван и стал фермером. Во время депрессии 1930-х годов Хальдеман не смог расплатиться с банком за кредиты на покупку пяти тысяч акров (более двух тысяч гектаров), и его земли были конфискованы.

Потеряв ферму в 1934 году, Джошуа Хальдеман довольно долгое время вёл кочевой образ жизни, который его внуку будет дано воспроизвести в Канаде шесть десятилетий спустя. Ростом в шесть футов и три дюйма (190 см), Хальдеман сменил много профессий, даже работал грузчиком на стройках, прежде чем ему удалось реализовать свои таланты и знания в области мануальной терапии.

Как мы видим уже из биографии его деда, выбор материнской линии вполне осознан и даже необходим для реноме американского миллиардера. Здесь от Войны за независимость и до наших дней всё одно к одному: и предки – природные американцы, честные протестанты, и дед – объезжает диких мустангов и организует родео, и его история – Великая депрессия и разорение, работа грузчиком, новый подъём и процветание…

Дальше начинаются уже собственно канадская и южноафриканская линии.

В 1948 году Джошуа Хальдеман женился на Уин Жозефине Флетчер и начал успешную практику мануального терапевта. В том же году в семье, где уже были сын и дочь, родились близнецы Кэй и Мэй, мать Маска.

Всегда стремившийся к чему-то новому, Джошуа Хальдеман увлёкся авиацией и купил собственный самолёт. Семья получила известность, когда люди узнали, что Хальдеман и его жена путешествуют со своими детьми на одномоторном самолёте по Северной Америке.

Казалось бы, Хальдеман нашёл себя в этом мире. Но трудности в частной жизни и вмешательство государства в эту жизнь категорически перестают его устраивать. С 1950 года он публично заявляет, что канадская бюрократия слишком навязчива.

Это обстоятельство, а также, видимо, врождённая неспособность подолгу оставаться на одном месте подталкивают Хальдемана к новому этапу жизни.