Фейерверк нашей страсти

– Выпьем шампанского, что ты об этом думаешь? У нас же праздник!

«Шампанское?»

Это слово вывело женщину из ступора.

«Он сказал „шампанское”?»

– Ты же прекрасно помнишь, что я не пью.

Натан глубоко вздохнул, стараясь сохранить влюбленное выражение лица.

– Дорогая, улыбнись, ради всего святого. Этим вечером ты выпьешь. Нам же нужно праздновать наше воссоединение, черт побери. Нормальные люди в таком случае заказывают шампанское.

– Я не пила шампанское, даже когда мы праздновали свадьбу.

Зачем мне делать это сейчас?

– Потому что ты хочешь получить развод, – мягко произнес он, – не так ли?

– Конечно, дорогой, – улыбнулась Анна.

Официантка вернулась с бутылкой шампанского и парой высоких фужеров. Наполнив бокалы, она оставила шампанское в ведерке со льдом. Натан поднял свой бокал и выразительно показал глазами, чтобы Анна сделала то же самое.

– За наш брак!

Они чокнулись.

– И его успешное завершение, – пробормотала она, поднеся бокал к губам.

Пузырьки защекотали ее нос, вкус оказался сладковатым и приятным. Тепло растеклось по ее телу, и она сделала еще глоток.

Нат внимательно следил за ней, не пригубив из собственного бокала.

– Тебе нравится?

Анна осушила свой бокал почти наполовину и поставила его на скатерть.

– Да.

На этот раз ей стало легче улыбаться своему мучителю, сидящему напротив. Она чуть потянулась, как кошка на теплом крылечке.

Вернулась официантка, чтобы принять их заказ. Анна тотчас почувствовала зверский аппетит и заказала больше, чем обычно.

Усмехнувшись, Нат в свою очередь выбрал блюда. Прежде чем уйти, официантка предложила вновь наполнить их бокалы. Анна охотно согласилась.

– Что это за марка? На вкус шампанское оказалось лучше, чем я могла предполагать.

– Французское игристое вино. Очень дорогое.

Нат нахмурился, словно его план не сработал.

– Хорошо.

Анна снова пригубила игристый золотой напиток. Шампанское ударило ей в голову. Она всегда говорила Нату, что не любила алкоголь за то, что он туманил ей разум.

Это была не вся правда.

Она никогда не признавалась, что очень легко пьянела. Если добавить к тому, что она не ела с пересадки в Далласе, эта затея не предвещала ничего хорошего. Женщина подумала над тем, чтобы отломить кусочек теплого хлеба, чтобы как-то замедлить опьянение, но передумала.

С одной стороны, никому не нужны лишние углеводы. С другой… Да, она желала забыться.