Загадка Сфинкса

Наконец, когда в живых осталось только пятеро, сражение, как по волшебству, прекратилось, и выжившие приблизились к Кадму. Они были очень похожи один на другого, все высокого роста и мощного сложения. Один из них по виду был предводитель. Он окинул строгим взглядом братьев, а затем произнёс, обращаясь к Кадму:

– Владыка, повелевай нами! Мы твои верные слуги и подданные! Моё имя Эхион. А это мои братья – Хтоний, Удэй, Гиперенор и Пелорий.

Кадм обернулся, надеясь увидеть Афину и спросить её совета, но богиня уже исчезла.

Финикиец подошёл к братьям, которые стояли в почтительном молчании, изображая подобострастие на свирепых лицах.

– Нам предстоит исполнить повеление оракула! Здесь будет основан город, – сказал решительно Кадм, и его новые подданные ответили ему одобрительными криками и принялись с оглушительным звоном колотить мечами по своим щитам.

Помощники Кадму достались на славу – неутомимые и расторопные. Они быстро обследовали окрестности и, обнаружив поблизости несколько небольших деревень, угрозами заставили жителей предоставить строительные материалы и работников.

Стройка закипела! Надо сказать, что эти родившиеся от зубов дракона странные воины оказались также и способными строителями – каждый из них стоил десятка обычных людей. Они трудились с такой энергией и упорством, что Кадм не мог на них нарадоваться.

Крепость на холме росла не по дням, а по часам.

Глава вторая.

Ожерелье Гармонии

Тем временем на вершине Олимпа происходили следующие события. Верховный бог Громовержец Зевс восседал на золотом троне в своём чертоге и, грозно нахмурив брови, взирал на громко ссорящихся богов и богинь, которые вели себя совершенно неподобающим образом – толкались, размахивали руками и всячески оскорбляли друг друга.

Всех сильнее неистовствовал бог ремёсел Гефест, пытаясь вырваться из рук Афродиты, которая крепко схватила его и не позволяла наброситься на бога войны Ареса.

Тот с деланым равнодушием сидел, развалившись в большом кресле. Богиня раздора Эрида суетилась около Афродиты с Гефестом и толкала их зачем-то то в одну, то в другую сторону.

Сцепившаяся троица осыпала друг друга и Ареса всяческими проклятиями. Арес, хотя и пытался сохранять видимое спокойствие, но чувствовал себя явно не в своей тарелке, и было заметно, что он не прочь сбежать.