Суд да дело. Судебные процессы прошлого

Вернувшийся из Италии император созвал Имперский совет – рейхстаг, на котором конфликтующие стороны подали жалобы друг на друга. Раньше (а подобные ситуации возникали регулярно) Фридрих старался не доводить дело до открытого противостояния и выступал в качестве посредника-медиатора; теперь он решил дать делу «законный ход». Князья, у которых заносчивый Вельф давно стоял поперек горла, присудили, что он должен вернуть захваченное; Лев отказался как являться в суд, так и отдавать земли, и в полном соответствии с ленным правом был объявлен вне закона; от церкви его отлучили еще раньше, в начале конфликта с хальберштадтским епископом.

На обжалование приговора давался один год и один день. Генрих почувствовал, что тиски сжимаются, и бросился к кузену за помощью, однако всепрощением последний знаменит не был; чем-чем, но не этим… Фридрих выставил условием своего посредничества в улаживании конфликта гигантский штраф в пять тысяч серебряных марок. Генрих счел это условие ниже своего достоинства.

Против саксонского герцога возбудили еще одно дело – о неуважении к императору (так квалифицировали отказ явиться в суд). Вельф закусил удила и на новое судилище также не явился, проигнорировав троекратный (все чин чином!) вызов. Тогда решением «суда равных» он был лишен имперского лена, то есть Саксонии. Ее разделили на две части: одну – вестфальскую – отдали архиепископу Филиппу, вторую – сыну его давешнего соперника-союзника Альбрехта Медведя; отняли у него и Баварию. Кульминацией же стало провозглашение в июне 1180 года Генриху Льву исключительной опалы с лишением всего и вся.

Это означало общеимперский поход против отщепенца.

Лев не был бы Львом, если бы не попытался сопротивляться, но часть его собственных территорий, населенных злопамятными славянами, восстали у него в тылу. В конце лета 1181-го в обмен на привилегии (статус имперского города) сдалась «жемчужина саксонской короны» – Любек. К осени истерзанный «царь зверей» признал свое поражение и на эрфуртском рейхстаге смиренно просил вернуть хотя бы родовые земли.

Его приговорили к изгнанию (более трех лет Генрих проведет во владениях тестя) и снисходительно вернули кое-что – Брауншвейг и Люнебург, примерно одну десятую того, что у него еще недавно было.

Развязка. Победитель и побежденный

Своеволию «племенных» герцогов был нанесен сильнейший удар: теперь в империи не осталось правителей, способных почти на равных соперничать с императором.