Формула

Впрочем, в данной реальности всё могло обернуться иначе…

С отроческих лет я помню тезис о том, что история не знает сослагательного наклонения. Школьные учебники свидетельствовали об этом непреклонно. Со временем до меня дошло, что, дело обстоит совсем наоборот. Однако учебники изменились настолько мало, что я стараюсь не преподавать своим ученикам историю.

…Пожалуй, на этом месте пора остановиться, Это не «Педагогическая поэма». Это, как говорится, совсем другая история. И она продолжается в тот момент, когда я переместился в свой мир.

Итак, он, как обычно встретил меня телефонным звонком.

Император был бледен, пот обтекал его лоб. Кровь быстро пропитывала ворот сюртука.

– Подойдите, Жуан…

Собственно говоря, подходить было уже незачем. Я достаточно опытный врач, чтобы определить летальный исход, находясь в шаге от человека, потерявшего ползатылка.

За холмом, делавшим нас невидимыми, находилось полтора десятка маршалов, плюс свита каждого из них – я думаю, человек триста, в общем – хороший эскадрон.

Если бы мы атаковали во всём этом своём золотом шитье на мундирах и кирасах, битва была бы выиграна.

Очередная битва…

Он не хотел побед… Больше не хотел.

Но эта победа могла стать последней – и потому она была совершенно необходима. Ничто другое не смогло бы погнать его в дурацкую кавалерийскую атаку.

Случайная пуля – или это был осколок картечи – и судьба мира изменилась. Или только могла бы?

Гвардейцы продолжали прикрывать нас; падая под огнём, они смыкали ряды – как и предписано уставом.

Для них «Устав» значил нечто большее, чем… скажем для меня.

Герцог Невшательский тяжело сполз с коня.

– Жуан?

Я поднялся, постарался посмотреть ему в глаза.

Бертье устало махнул рукой.

– Что теперь, Жуан? Действуем согласно плану, или…

Поднявшись, стоя по колено в грязи, я отсалютовал ему:

– Герцог… маршал…Vive la Emperatour!

Нам редкостно повезло – в этой сутолоке, пальбе, а главное – во всём этом дыму никто ни черта не видел.

Позже мы могли сказать, что под императором убили лошадь. Собственно говоря, её убили тоже. И нам поверили.

Тот, кто был нам нужен находился рядом – с тех пор, как дела шли всё хуже, мы постоянно держали его поблизости.

…Моле нашёл именно я – года три назад, если память мне не изменяет. Его сходство с императором сначала показалось мне просто забавным.