Михаил Катков. Молодые годы

Тогда же, по-видимому, состоялось знакомство его с Иваном Ивановичем Дмитриевым (1760–1837), видным государственным деятелем, поэтом и баснописцем, и с Николаем Михайловичем Карамзиным (1766–1826), первым писателем и будущим историографом российским, коих Шаликов почитал всю жизнь как своих учителей.

Еще до Отечественной войны 1812 года князь Шаликов прослыл поборником защиты общественных нравов. В редактируемом им в эти годы журнале «Московский зритель» он с негодованием писал о падении морали «почтеннейшей публики», падкой на сомнительные мимолетные удовольствия с «нимфами радости» и «Венериными жрицами».

Он с негодованием отзывался о представителях высших классов, тратящих попусту время в дорогих заграничных магазинах на Кузнецком мосту и ресторанах – «школах разврата», как он их называл. Всё это наносило урон просвещению общества, за которое горячо ратовали Карамзин и другие уважаемые им авторы[44 - Мартин А. Просвещенный метрополии Созидание имперской Москвы, 1762–1855. М., 2015. С. 175, 248.].

Хранитель твердых устоев и благовоспитанности москвичей князь проявил себя во время войны с Наполеоном, отказавшись выехать из города, захваченного неприятелем. То ли из-за недостатка средств, а может быть, и по другим, не менее значимым причинам, он остался в Москве, став очевидцем событий разорения и пожара древней столицы России. В 1813 году Шаликов написал и издал брошюру «Историческое известие о пребывании в Москве французов». Но литературную популярность принесли ему изящно изданные «Плоды свободных чувствований» и продолжение их – «Цветы граций», в которых сентиментальные прозаические миниатюры перемежались с чувствительными стихами, – всё это было вполне на уровне своего времени и в некоторых кругах, несомненно, пользовалось успехом.

Его товарищами и приятелями были К. Н. Батюшков, Д. В. Давыдов, И. И. Козлов, И. А. Крылов, В. Л. Пушкин, а имя самого Шаликова тоже по разным поводам было хорошо известно современникам.

Характерно, что А. С. Пушкин, неоднократно смеявшийся над ша-ликовской чувствительностью в сатирических стихах и дружеской переписке, отзывался о нем как о поэте совсем не враждебно. Так, в первом издании «Разговора книгопродавца с поэтом» (1825) поэт, отказываясь петь для «женских сердец», отвечает книгопродавцу:

Пускай их Шаликов поет,

Любезный баловень природы.

В письме к Вяземскому Пушкин сам комментировал этот стих как «мадригал кн.