Записки партизана сцены. Ал кого лик, или Красна чья рожа

Приходила в театр как на показ мод, причём в образе модели.

Я пытался приставать к ней пару раз, ну ладно, может раз десять, по пьяни, ведясь на улыбку и некое подобие интереса. Без мазы. Это была абсолютно пустая трата времени. Шерстяной просто нужен был тот, кто на неё смотрит и слушает. Я не интересовал её как мужчина. Она была заточена под творческую единицу.

Шерстяная королева была обязательным персонажем на всех тусах, наш ангел-хранитель. Всегда и без исключения.

Фонари.

Помню пару из них: Татарин и человек с фамилией, начинающейся на слово Черно, назовём его Черносливов.

Татарин – зануда, с вечно недовольным лицом. Черносливов – мутный тип, бытовой пьяница с невыразительным лицом.

Из существенных воспоминаний всплывает только, как Черносливов изрядно пьяный, с абсолютно тупым выражением на лице пытается остановить падающий штанкет, трубу для развеса декораций и аппаратуры, расположенную над сценой. Штанкет приводится в движение системой противовес – верёвками с грузами, пропущенными через блок.

В общем, Чернослив пытается остановить падающую трубу, весом сто килограмм, не меньше, держа голыми ладонями скользящий канат. Следующий кадр: Черносливов, абсолютно не меняя выражения лица, стоит с окровавленными ладонями. На вопрос «Зачем ты это сделал?», он просто смотрит в никуда и показывает убитые и дымящиеся ладони.

Звук.

Пара, он и она. Молодые люди, состоявшие в любовных или семейных отношениях.

Он – молчаливый, сосредоточенный тип с хвостиком. Она – такая же.

Вспоминается только один эпизод с их участием. По рассказу очевидцев, я, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, изловил звуковичку за пару часов до начала спектакля. Схватил её, обняв за бёдра, и носил по зрительному залу, произнося некий текст. Судя по тому, что подруга не пыталась вырываться и, наоборот, внимательно слушала, оперевшись руками на мои плечи, разговор был серьёзным. Через некоторое время её у меня обманом отняли Постовой с БиБиКеем.

Звуковик после этого происшествия долго на меня косился, но претензий не предъявлял. Где он был всё это время?Вопрос без ответа.

У меня было стойкое ощущение, что звуковичке не хватало грубого, животного секса, и её хвостатый мальчик слишком правильный, чтобы укусить подругу как надо.

Мои любимые истероиды.

Я пришёл в “Чёрную моль”, находящуюся на излёте своей творческой жизни.