Зачем мы вернулись, братишка?

– Скажите, эти ребята чем-то отличаются от своих ровесников?

– Они совсем по-иному смотрят на жизнь. Серьезнее, что ли…

– Порой «афганцев» пытаются обвинить в цинизме, грубости, жестокости. Говорят, что среди них много наркоманов, людей с легко ранимой психикой?

– Нет, неправда. Категорически нет. Это честные, добрые, отзывчивые ребята, которые знают истинную цену любви, нежности, верности.

– Они рассказывали вам об Афганистане?

– Да, воспоминания тяжелые. Страшно было там…

– А как относились у вас в институте, в городе к воинам-интернационалистам? (Девушки после окончания вузов были направлены по распределению в Термез.

 – Прим. авт.)

– По-разному. Но в большинстве с уважением. Ребята вернулись с войны…

Из-за холма, заложив крутой вираж, к афганскому берегу пронеслась пара «Ми-восьмых». Это вертолеты прикрытия… Пора к мосту!

Но как можно было пройти мимо открытого борта грузовика, возле которого старший лейтенант Александр Харин разложил стопки грампластинок с «афганскими» песнями.

– Буду вручать воинам-интернационалистам. Жаль, не довелось послужить самому в Афганистане. Проторчал в резерве. А потом сюда, в Термез.

Разговорились, нашли общих знакомых. Имя военного журналиста Вадима Дулепова, служившего когда-то в Баграме, явилось паролем откровенной беседы.

– В нашей части служат те, кто вернулся «из-за речки». Если честно, то видна разница между теми, кто был в тыловых подразделениях и боевых. У тех, которые и на операции-то не выходили, сразу стали возникать инциденты, создалась нездоровая атмосфера.

Были и такие: чуть что – на себе «тельник» сразу рвать, мол, я воевал, а вы тут отсиживались. Но вот когда пришли другие, вдоволь хлебнувшие войны… Они не рвали тельняшки на груди, не требовали особого отношения к себе, хотя вполне того заслужили, не выпячивали своего геройства, а по-взрослому, с серьезностью, без мальчишества смотрят на жизнь. Вот только многие еще не могут выйти из напряжения, стрессового состояния. Часто вскакивают по ночам при малейшем шорохе – все еще на войне они.

– А как относятся к ним офицеры, которые там не были?

– Сужу по себе. Лично я в чем-то им завидую. Они прошли войну, получив такую закалку, которая профессиональному военному в мирной обстановке и не снилась.

Как и предупреждали нас в пресс-центре, на мост пропускали не всех. Нас, во всяком случае, тоже попытались остановить.