Груша цвела последний год

Он не хотел сжигать все мосты. Без них люди от безысходности бросаются с обрыва.

Юля бросила его. После двадцати с лишним лет совместной и, как ему до сих пор казалось, счастливой жизни. После многочисленных попыток уйти, ушла. В одно солнечное весеннее утро. Навсегда.

Игорь родился в небольшой деревушке под Пуховичами. Ничем не примечательное детство, отрочество и юность. «Всё как у всех в то время.» Окончил сельскую школу, затем отслужил два года в Свердловской области в охранно-конвойной роте особого назначения.

Вернулся на родину. «Молодой был, хотелось гулять.» Однажды в клубе в соседней деревне познакомился с Юлей. Стали встречаться. Затем решили сделать паузу. Разошлись – «говорю же, молодой был, гулять хотелось, понимал, что жениться ещё рано». Как после оказалось, разошлись на год. Через год на свадьбе одноклассника увидел Юлю – «я сразу к ней… и больше уже не отходил от неё». Продолжили встречаться. Поженились – и поехали пытать счастья в столицу. Игорь пошёл работать слесарем на автозавод, а Юля – санитаркой в больницу. Борисычу, как семейному человеку, «дали комнату в общежитии». «Вот, где сейчас спальня – жили мы с Юлей, а в зале жила семья с двумя детьми. Кухня, ванна, туалет – всё общее. Ты можешь себе представить, что когда-то в этой квартире жило несколько семей? Да, были времена… У нас в Чижовке до сих пор есть такие семейные общежития».

Жили дружно. Но после одного неприятного случая вторая семья решила съехать. Как-то однажды Юля не выдержала и «высказала им всё, что думала о них как о родителях.

Не то чтобы они не любили своих детей или не воспитывали, нет… но просто время такое было… тяжёлое. Приходилось много работать, а маленькие дети, понятное дело, днями одни дома были. У Юли сердце от боли сжималось, когда она видела, как они голодные по кастрюлям лазили, холодное, затвердевшее картофельное пюре руками ели. А бывало стучались в нашу комнату и просили кушать: ”Тётя, ням-ням! Дядя, ням-ням!“ Мы кормили их… жалели, конечно… а родители их ревновали к нам. У моей Юли недовольство к ним постепенно накапливалось и в один совсем не прекрасный день таки прорвалось. Она у меня по натуре спокойная была, но в тот раз не выдержала, накинулась на них: ”Фашисты! Зачем вы над детьми издеваетесь!?“ Вот тогда я и понял насколько сильно она хотела своих иметь…»

Года через два Юля наконец забеременела. Никогда прежде Игорь не видел такой счастливой свою супругу. Глядя на счастье Юли, он всерьёз задумался о будущем, о благополучии семьи.