Груша цвела последний год

Стар я уже для таких вещей, – улыбнувшись, смущённо опустил я взгляд на листок бумаги, где уже была начерчено что-то похожее на шахматную доску. – Так вот, много чего интересного я тогда от неё узнал, говорю же, девушка хорошая попалась, умная, по крайней мере, о Короткевиче знала всё.

– Так это же её работа, она должна всё знать, – перебил меня Игорь.

– Что есть, то есть. Вот только в отношении себя и своей работы я бы так не сказал. Тут уж от человека зависит, от его желания, а не от того, что он должен или что обязан.

А девушка реально знала всё, о чём бы я ни спросил, и это при том, что она молодой специалист. Здесь уже немного больше, чем просто работа. Ну да ладно, не суть, – невольно стал я на защиту Алеси.

– Видимо, очень красивая девушка, раз ты её защищаешь, – лукаво подмигнул мне Борисович и, немного промолчав, продолжил. – Да… сейчас совсем другое время. В моей молодости такого не было да и быть не могло, чтобы, как ты сказал, молодой специалист чего-то не знал… от стыда бы скорее сгорел.

А сейчас – что?.. диплом… одно название…

– Что-то мы от темы отклонились. Ты, главное, слушай и не перебивай меня. Так вот, про экскурсию. Хоть в музее я и частый гость, ну а так чтобы по-настоящему посетить его, заплатить за входной билет и осмотреть залы…ну раза три, наверное, был за всё время. В общем, как-то так получилось, что экскурсоводша эта – её, кстати, Алесей зовут – поводила меня по залам, рассказывая о том о сём. Походил я, послушал, посмотрел… и вроде, ничего нового, ничего необычного, всё уже видел когда-то, но один, скажем так, экспонат бросился в глаза.

 – Я сделал небольшую паузу. – Оригинал рукописи последней, неоконченной повести Короткевича. Что-то в ней было такое, что… не знаю, как тебе сказать, может быть, кто-то и прошёл бы мимо и ничего такого не заметил, а я… не то чтобы я сразу заметил, но интуиция мне подсказала на всякий пожарный сфотографировать рукопись. А потом уже, на следующий…

– … подожди! А можно ещё раз и по-русски.

А то сути никак не уловлю. Хотя стоп… сфотографировал, говоришь?

– Согласен, лучше один раз увидеть, – ответил я, доставая из кармана штанов телефон.

– Всё у тебя вверх тормашками. А нельзя было фотографии с самого начала показать, а то мямлишь здесь, несёшь что-то, чего без ста граммов не разобрать. Да, кстати, выпьем по рюмашечке? Шучу-шучу. Алесик, не обижайся, но рассказчик с тебя… знаешь какой.

Игорь Борисович взглянул на фотографии.