Смятение, верность, возрождение историческая повесть

Только телевизор, да игрушки и есть. Вся игра.

Марзия постояла ещё немного и пошла в свою половину дома. Дом был поделён на две половины. Когда-то, давно, этот дом принадлежал родственникам Марзии. Но вот уже несколько лет она жила со своим последним сыном, Равкатом, в этом доме. Девки не забывали её. Посещали часто. Надо что-то поделать в огороде, пожалуйста. Рая всегда рядом, через дорогу, прибежит:

– Что, ани, надо? – и поставит суп варить или чай подогреть.

А то и сама Марзия себе чаю вскипятит.

Дождь не переставал.

Так и хлестал по окнам.

– Ох, что и будет теперь-то. Опять власть меняется. Кто теперь нами править-то будет. Одни наворовали, другие полезли. И что им надо всем. Сколько этот-то, Кустос, был. А в городе всё так же, как и прежде. А мы-то, теперь, как? Рая, посмотри, мне надбавку к пенсии, что ли дали? Да вот здесь.

И Марзия показала дочери квиток с начисленной пенсией.

– Ты, смотри, что Сарина дочь принесла. На почитай. Может быть, что не так. И когда это нас только кончат тревожить-то? Ведь живём так уже столько лет.

Спокойно. Как раньше хорошо-то было. Придём сюда же, к Шамсинке, Кашафкиной, и сидим, разговариваем. Все были. Весело было. И поговорить-то было с кем. А теперь-то одни, как будто и родни нет.

Рая взяла в руки квитанции с напечатанным текстом и посмотрела:

– А, потом почитаю. Что я, не знаю ничего, что ли? Пусть лежат. Мне некогда их смотреть. Да. Это тебе прибавили вдовские, не то за труженика тыла.

Она развернулась и пошла домой.

Вечером, на горизонте показалась слабая полоска надежды.

Солнце показала свой закат яркой красной полосой. Ну, значит, завтра мы тепло увидим, вздохнула Марзия. А сама опять села и телевизор смотрит.

– А, что, ани, бабай-то приходил? Как мечеть-то ставят. Кто помогает хоть?

– Дак, строят, говорит. А кто поможет? Ходят, деньги дают, а всё также. Вот строим, а кому. Ты вон на них посмотри, на детей-то. Им – то разве надо её? Они все мимо мечетей и церквей идут.

– Но ведь они молодые. Им хочется другого.

Так ведь и ты росла такая же. Всё с девчонками бегала, играла или песни пели. Сама же говоришь, в избу-читальню бегали. Ну, вот теперь и наши все дети бегают, кто куда. Кто на дискотеку. Кто за компьютером сидит. Кто в школе. И учиться надо тоже ведь.

– А кто же против – то. Учитесь. А кто бабаю-то поможет? Он один всё крутится, крутится. Как будто ему одному надо. Раньше как. Все собрались и построили мечеть-то, что вот здесь стояла, через дорогу.