Политический дневник

1941 в речи, произнесенной для узкого круга ближайших сотрудников, он в частности сказал: «Но мы не видим нашего долга в том, чтобы из [южных] районов с переизбытком [сельскохохяйственной продукции] кормить также и русский народ. Мы знаем, что это жесткая необходимость, заставляющая забыть о любых чувствах. Без сомнения, окажется необходимой огромная эвакуация, и русский народ ожидают тяжелые годы»[36 - Документ 1058–PS, IMT, том XXVI.]) с одним отличием: он считал принцип «Разделяй и властвуй» более подходящим к советской действительности, чем принцип «Властвуй», которым фактически руководствовался Гитлер.

Отсюда – берущая начало еще из его публикаций 20–х годов (и попавшая туда из австро – галицийской пропаганды Первой мировой войны) идея расчленения СССР и противопоставления одних населяющих его народов другим («… мы стояли перед выбором: посредством по необходимости жесткого и одинакового для всех обращения сделать врагами 120 миллионов [человек] или посредством разделения и дифференцированного обращения сделать впоследствии половину своими помощниками»).

Центральным звеном этой доктрины было формирование максимально весомого противовеса «московскому империализму» (который, как считалось, вполне способен возродиться и в отсутствие большевизма) путем выделения Украины, Кавказа и Туркестана в отдельные псевдогосударственные структуры, увеличения их территории за счет России и поощрения в них центробежных настроений. Крах своей концепции Розенберг мог в полной мере ощутить уже 1 августа 1941 года, когда Галиция была отрезана от советской Украины и присоединена к генерал – губернаторству[37 - 26.

10.1939 на территории Польши, не отошедшей после поражения в войне к Германии и СССР. Рейх учредил особое административно – территориальное образование, названное Генерал – губернаторством.], публично, впрочем, он продолжал игнорировать реальность и месяцы спустя[38 - Ближайший сотрудник Розенберга по восточному министерству Отто Бройтигам 29.9.1941 записал в своем дневнике: «После ужина министр сообщил нам, что после жестоких [словесных] баталий украинская политика [т.  е. план Розенберга], пусть и в ограниченной форме, одобрена фюрером». (Heilmann Hans Dieter: Aus dem Kriegstagebuch des Diplomaten Otto Br?utigam. // Aly G?tz [Hrsg.]: Biedermann und Schreibtischt?ter. Materialien zur deutschen T?ter – Biographie, Institut f?r Sozialforschung in Hamburg: Beitr?ge zur nationalsozialistischen Gesundheits– und Sozialpolitik 4, Berlin 1987, стр. 146).Ср.