Политический дневник

В соседней комнате Гейнеса[161 - Гейнес, Эдмунд (нем. Edmund Heines, 1897–1934) – группенфюрер СА, с марта 1933 г. полицайпрезидент в Бреслау, расстрелян после «подавления путча Рёма».] застали во время гомосексуального акта. «И всё это хотело править в Германии», – сказал фюрер удрученно. Гейнес устроил сцену с рыданиями: «Мой фюрер, я ничего парнишке не сделал». А парнишка от страха и боли целует любовника в щеку. Аманн[162 - Аманн, Макс (нем. Max Amann, 1891–1957) – нацистский политик и публицист, один из первых сподвижников Гитлера.

С 1922 г. возглавлял «Эхер ферлаг», ставший главным издательством НСДАП, с 1933 г. президент палаты печати рейха(Reichspressekammer). В 1948 г. приговорен к 10 годам «трудового лагеря». Освобожден в 1953 г.] рассказывает: «Никогда я не видел, чтобы фюрер на кого – то поднял руку, но тут он схватил этого любовничка и с отвращением шваркнул об стену».

В коридоре фюрер натыкается на тощую фигуру с ярко накрашенными щеками. «Кто Вы такой?» – «Лакей начальника штаба[163 - Т.

е. Рёма.]». Тут фюрера охватывает беспримерная ярость – он видит, насколько его СА погрязло в пороках, и приказывает отвести лакея вместе с остальными в подвал и расстрелять.

На обратном пути в Мюнхен фюрер встречает охрану Рёма. Ее останавливают. Лютце кричит: «Охрана, слушай мою команду!» Начальник охраны не реагирует. Тогда фюрер выпрыгивает из машины и повторяет приказ. Решающий переломный момент – и охрана поворачивает в Мюнхен. Остальные вызванные Рёмом командиры были остановлены фюрером и им лично арестованы.

Гитлер не хотел расстреливать Рёма. «Он ведь стоял рядом со мной перед судом[164 - После неудавшегося путча 8–9 ноября 1923 г. Гитлер и некоторые его сторонники предстали перед судом по обвинению в государственной измене. Гитлер был приговорен к 5 годам заключения, но провел в тюрьме меньше года.]», – сказал фюрер Аманну. А[манн] в ответ: «Этого хряка нужно убрать». И Гессу: «Я сам застрелю Рёма». На что Гесс: «Нет, это мой долг, пусть даже потом меня самого расстреляют».

Рём из камеры заказывает обильный завтрак и поглощает его до последней крошки. Потом он требует в камеру ковер и хочет говорить с фюрером. Это уже перебор, «История предателя родины»[165 - Под таким названием были опубликованы мемуары Рёма (R?hm Ernst. Geschichte eines Hochverr?ters. M?nchen, 1928).] венчается последней главой. Ему оставляют пистолет. Приходят снова. Дают ему еще одну возможность. Он никак не реагирует.