Томек в стране фараонов

Лекцию старого, бородатого, облаченного в темную галабею и рыжеватый плащ наставника слушали и коренастые персы в темных тюрбанах; берберы с толстыми губами и глазами навыкате; и низкорослые худощавые сирийцы с острыми чертами лица, в белых куфиях, с черными налобными повязками. Египтяне-старцы, сидевшие рядом с молодыми, внимательно вслушивались в слова учителя. Поражали воображение элегантные фигуры марокканцев и ливийцев в европейской одежде. Ахмед кивнул старому шейху[76 - Шейх – староста деревни у некоторых народов Ближнего и Среднего Востока.

], ведущему занятия с разношерстной группой студентов. Тот ответил поклоном, сложив руки как для молитвы.

В восточном крыле мечети помещался приют для слепых, Завият эль-Умьян.

– Это одна из самых распространенных у египтян болезней – воспаление глаз, ведущее к слепоте, – объяснил Ахмед. – Эти люди страшно несчастны.

Так оно и было. Вид незрячих потрясал душу. Они выставляли напоказ невидящие, покрасневшие и гноящиеся глаза, обнажали шрамы и язвы, чтобы пробудить сочувствие у прохожих.

– Ради Аллаха, – взывали они, прося о подаянии.

Обитатели приюта вместе с нищими и паломниками поджидали имамов, раздававших через день – по давней традиции – оливки, хлеб и фул.

Простившись с хозяином, путешественники зашли в кофейню утолить жажду. За выставленными на тротуар столиками сидели мужчины, пили кофе. Почти все курили, кое-кто играл в триктрак[77 - Триктрак – старинная игра, состоящая в передвигании по доске шашек соответственно числу очков, выпавших на костях.

]. Некоторые нагло глазели на Салли, но приставать к девушке не решались – она была в сопровождении мужчин.

VI

Патрик в Вавилоне[78 - Вавилон – в древности крупнейший город на Ближнем Востоке. Находился в северной части Двуречья на берегу Евфрата.]

Овзрослых участниках каирского путешествия смело можно было сказать, что осмотр памятников и розыски, проведенные в последние дни, даже если они не приносили удовлетворительного результата, заполняли их время без остатка.

С Патриком дело обстояло иначе, тот все еще ждал, что вот-вот произойдет нечто важное, связанное только с ним, с его предназначением в жизни. Мальчик чувствовал себя вполне счастливым и в безопасности. Однако он отправился в путь из семьи, терпящей нужду, и перенес столько трудностей, что искренне верил: настанет день, и он, как и его отец с дедом, найдет свое «сокровище».