Кампанелла. Последний маг эпохи Ренессанса

Какой непочатый край работы! Какие грандиозные перспективы! Задачи, стоящие перед философами, врачами, педагогами, градостроителями, архитекторами, знатоками ремесел, агрономами и стратегами, в корне отличаются от тех, с которыми они сталкивались раньше. Жизнь общиной поломает многое, что существовало веками. Это скажется не только на облике городов или на одежде – родятся новые отношения между людьми, возникнет новое мировоззрение и новая мораль.

Он старался охватить все вопросы и не упустить ни одной из сторон будущей жизни общиной.

Неделя за неделей продолжалась тяжелая изнурительная борьба. В Риме Лонго тоже повторил свои показания о беглом капуцине и о еретических речах Кампанеллы и Кларио. Но опять не удавалось ничем подтвердить его показаний. Кларио божился, что он всю жизнь был образцовым христианином, а Кампанелла доказывал, что для него церковные порядки – идеал, который бы он с удовольствием распространил на весь мир. Оба они утверждали, что Лонго лжет: они никогда не встречали никакого беглого монаха и тем более не беседовали с ним о религии.

Все эти заверения чуть было не лопнули, когда однажды Трагальоло прочел Кампанелле донесение инквизитора Падуи о поимке еретика, бывшего капуцина Антонио, и приложенный акт опознания. Неужели и теперь Кампанелла будет утверждать, что он никогда не знал его? Кампанелла и не думал в чем-либо признаваться. Правда, положение стало угрожающим: защитительные речи Кампанеллы и Кларио, окажутся сплошной ложью, если Антонио, не выдержав пытки, расскажет о знакомстве с ними.

Трагальоло говорил, что Антонио уже покаялся. Но Томмазо не поддавался на обман. Он был полон решимости по-прежнему все отрицать. Но что делать, если Антонио на самом деле признался?

Большую часть суток он сидел в полной темноте. Одиночка не имела окон. Заключенным разрешалось пользоваться светом с семи утра до четырех часов дня. Но надзиратели, выгадывая на всем, обходили даже это предписание. Как правило, лишь на время еды приносили они в камеру огарок свечи или коптящий фитилек на глиняном блюдечке масла.

Едва узник успевал покончить со своей скудной порцией, как тюремщики тут же забирали свечу.

Томмазо старался не потерять счет времени, но нередко по датам протоколов он обнаруживал, что ошибся на день, а то и на два.

На допросы Кампанеллу водили по темным галереям. В застенке, где его ждал инквизитор, чуть шипя, горели факелы. Всю зиму Томмазо не видел солнца. Однажды весной его повели к Трагальоло другой дорогой.