Алиса Коонен: «Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950

 Г. Страницы жизни. С. 14). Про вторую сестру матери – Екатерину Львовну Девилье (Девильер) (1891–1959) известно, что она была балериной, в 1908–1919 гг. в Большом театре, руководила хореографической студией, эмигрировала.]! Одно несчастье за другим, прямо такая тоска, хоть давись, топись, только прерви проклятую нить страданий.

___

О «Грузинском [вечере]» скажу несколько слов: было весело; концерт чрезвычайно удался, танцы еще более. Мы сидели в «артистической» – Хаханов подошел здороваться и дал афишу, на этот раз зеленую.

Стивка почти не подходил ко мне и не разговаривал со мной. Весь вечер была с Солюсом.

    7 декабря [1904 г.]

Finita! Кончено! Прости, любовь… сегодня кончилось все… все то прекрасное, поэтичное, что было до сих пор в моей жизни. Он сказал: «Лучше нам кончить все… теперь…» и плакал… он еще любит… а я? – мне тяжело, но скоро, думаю, забудется: я любила болезненно, ненормально, и порой это чувство граничило с безумством… простите, жаркие поцелуи, прогулки вдвоем, светлые мечты, надежды.

«У меня есть просьба к тебе, – сказал он, – если ты теперь полюбишь – полюби честного, хорошего человека»…

Да, конечно, после тебя, мой милый, я если и полюблю, то только хорошего, благородного человека. Да полюблю [ли] еще я – способна ли я любить?

Тяжело…

Что же будет?!

Что мне осталось?

Страдание ужасное, непосильное…

Стива, без тебя мне не жить!

Не могу! Ах, Господи, дай силы перенести все это.

    18 декабря [1904 г.]

Я люблю его, Стиву! Люблю безумно! – Говорила об этом ему; он все шутит; говорит, что любит, а когда я спросила его об его отношениях к Лене Зотовой[84 - Лена Зотова – неуст. лицо.], то сказал, что увлекается ею… как я… Хахановым. На мой вопрос, кого из нас он предпочтет – меня или ее, ответил, что подумает! Ну да я почти не сомневаюсь в том, что победа будет на моей стороне… в противном случае это будет [черт] знает что… Маме он сказал, что мы разошлись; она плачет, не осушая глаз, и это причиняет мне еще большие мучения.

Кругом недовольство… и все из?за меня – ужасно!

___

Я стала мечтательницей.

Еще так недавно, да, впрочем, и теперь, я смеюсь над нелепыми мечтами и грезами, а сама… сегодня, например [в постели. – вымарано], лежа на постели, сжимала в объятиях подушку и даже, кажется, целовала ее, воображая, что это он… Глупо? – нет, по-моему.