Моя правда! Серия «Русская доля»

Поссорить всех односельчан, чтобы сообща больше не жили и не бунтовали против бар и помещиков. Чтобы мужики с одной деревне только и думали, как бы друг у друга урвать. Чтобы одни сельчане богатели, а другие беднели и шли бы к другим в кабалу. Перессорить нас власть решила и разорить общины все деревенские. А потом по одиночке нас ещё легче будет сломать. Беда нам крестьянам от этого указа идёт. Развал нашего общества и всего нашего уклада жизни! – подвел черту Грачёв.

– Не будем стало быть выделяться, будем как и раньше сообща жить и со всеми бедами сообща бороться, так и порешили! – поставил точку в разговоре Михаил Иванович.

Но ещё долго спорили селяне и только далеко за полночь мужики разошлись по домам. Михаил Иванович, оставшись один, глубоко погрузился в свои вечные думы и добавившиеся сегодня к ним ещё и новые проблемы. Тут было о чём подумать Михаилу Ивановичу. Он давно собирался прикупить землю под хутор где-нибудь неподалёку и уже готов был это сделать, но произошедший нынче вечером разговор заставил его снова задуматься и ещё раз всё хорошенько взвесить.

В окно заглянула полная луна, как когда-то давно, много-много лет назад, там в ночном. Тогда она манила юного Михаила в Черёмушки, туда, где он встретил свою судьбу – свою Дусю. Теперь же луна вторглась своим загадочным светом в его дом, она никуда не звала, но что-то же она ему хотела сказать? Михаилу Ивановичу нужно было только прочитать это послание и тогда он сделает правильный шаг.

5. Сенокос

В лето 1907-го года на заливных общественных лугах выросла особенно густая, сочная и плотная трава, усеянная разнообразными ароматными цветами.

Погода удалась на редкость теплая. Предстоял сенокос и старики традиционно заблаговременно стали готовиться: поправлять, отбивать и точить косы, а после того как садилось солнце, собирались по два-три человека и с особым удовольствием уточняли время, когда следовало бы начинать сенокос. Попутно решали, кто конкретно и от какого двора выйдет на сенокос, и как-то так, между прочим, демократично прощупывали кому можно доверить первую косьбу.

Выделенная помещиком-графом ещё в прошлом веке, земля для крестьянской общины Селезневки, делилась на пахотную и луговую. В свою очередь пахотная земля делилась на три поля в соответствии с трехпольной системой обработки. После яровых культур высаживались: овес, просо, картофель, на следующий год пашня засеивалась озимой, преимущественно рожью, а уже на третий год земля ничем не засеивалась вообще.