Марина

Наталья, не раздумывая, принялась искать возможность нелегально вывезти дочь. И такой случай представился. С ней в казарме находилась пожилая женщина, бывшая учительница немецкого языка Вера Петровна. Во время оккупации Украины она работала переводчицей у немцев. Ей первой из их казармы пришла долгожданная бумажка с надписью: “Полностью реабилитирована”. За женщиной на днях должна была приехать её младшая сестра из Москвы.

Сегодня с утра зарядил дождь. Седовласый, с густой и такой же седой бородой, крепкий, широкий в плечах, крутого нрава охранник Иван Прохорович, изрядно вымокший не вытерпел и стал сколачивать себе навес.

– Беги на пилораму. Здесь недалеко. Петровна сегодня там работает. Я с ней давеча переговорила. Ждёт она тебя. Я сказала, откуда ты будешь бежать. Сама тебя увидит. Спрячьтесь. Любопытных много. Не доверяю я людям.

– А как же он?

– Навесом занялся. Промок, сука. А что и мы насквозь, ему всё равно, – Зоя выругалась. – На час как минимум задержится. Беги, я прикрою. Скажу, что в уборную пошла. Беги.

Наташа побежала той дорогой, которую указала Зоя. Правда, пришлось перелезать через небольшие насыпи, прыгать через ямы, но зато через пять минут была на месте. Самым строгим на стройке был Иван Прохорович, и тот в такой ливень не выдержал. Все остальные охранники давно уже как прятались, где придётся и резались в карты.

– Наташа, – её окликнули.

Повернув голову, увидела пожилую женщину. Усталый вид. Ввалившиеся глаза с синяками под глазами, отёчность, что свидетельствовало о сердечной недостаточности. По виду женщине можно было дать лет восемьдесят, хотя, как говорила Зоя, той едва шестьдесят исполнилось. У Натальи ёкнуло сердце от страшного предчувствия. В облике женщины ей почудился мертвец, вставший из могилы.

Женщина рукой позвала следовать за ней. Наташа молча пошла, и лишь когда они спрятались за грудой досок, поздоровалась.

– Здрасьте.

– Здравствуй, милая. Ты хотела поговорить со мной.

– У меня к вам просьба. Я врач, и у меня дочка…От немца.

– Не надо подробностей.

– Ей скоро три года. Они её заберут и отвезут в детский дом. Там поменяют фамилию. Я не смогу её найти.

Наташа на секунду замолчала, чтобы не разрыдаться, но сумела взять себя в руки.

– От меня что надо?

– Вы в Москву едете. Заберите мою дочь с собой.