Тайна генерала Багратиона

Пустошкин, который забыв о своей трубке, смотрел на стол, вздохнул:

– Вот ведь шельма, ваше сиятельство! Она ведь и со мной точно так же поступает…

Князь Петр достал бумажник и положил на ладонь цыганки серебряный рубль-«крестовик». Для нее это был значительный гонорар. Монета мгновенно исчезла в складках юбки, а карты, повинуясь рукам гадалки, продолжили свой хоровод.

– Дорога лежит дальняя, – произнесла Мариула.

– Куда? На север?

– Нет. В горы, в теплые края. Большой город у большой реки.

– Таких городов много, – небрежно заметил генерал.

Цыганка повернула к нему три карты лицевой стороной. В середине находилась дама «пик»: округлое лицо, голубые глаза, черные брови, платье с белой оторочкой, в руке – цветок неизвестного растения.

– Она живет там, бриллиантовый мой. Соломенная вдова. Веришь ли ей? Надеешься ли? Ждешь ли какого важного письма?..

– Хватит! – вдруг резко сказал князь Петр, и гадалка застыла, держа в руке карту с дамой «пик».

Не собирался потомок грузинского царского рода отвечать на вопросы таборной цыганки.

Случайности правят миром. Случайной могла быть и ее догадка о княгине Багратион, о письме из Санкт-Петербурга. Но все-таки что-то дрогнуло в его смуглом, как бы окаменевшем лице с гордым орлиным профилем. Мимолетное движение это не ускользнуло от глаз Мариулы. Она заговорила торжествующе:

– То-то, бриллиантовый мой! В верных руках карты не врут…Всю правду узнаешь о ней, красавице писаной. Про путь свой до конца дней… Дай золотой!

– Золота я не держу, – князь Петр вроде бы улыбнулся, достал еще один серебряный рубль и положил его на стол.

 – Да и правда твоя мне не нужна. Пустые слова говоришь. Запомни, жизнь и счастье солдата – только в руце Божьей!

Вовсе не думал майор Пустошкин сердить бывшего Главнокомандующего Молдавской армии цыганскими хитростями. Но получилось, что рассердил. Сумрачно взглянув на него, Багратион отложил недокуренную трубку, встал из-за стола и направился к двери.

Мариула, усмехаясь, завязывала второй серебряный рубль в пестрый носовой платок, чтобы спрятать богатую добычу от хозяина, цыганского барона.

Она крикнула Багратиону вслед:

– Письмо жди на той неделе!..

Гадалка ошиблась. Фельдъегерь из столицы приехал лишь в начале мая. Он привез заграничный паспорт для путешествия князя Петра в Австрию.

Вслед за ним появился в Яссах и отставной ротмистр Дорер с известиями вполне благоприятными. Мирно и весело жила прекрасная Вена.