Тайна генерала Багратиона

Русские уходили медленно, надеясь, что османы будут преследовать их, и тогда удастся завязать полевое сражение. В нем средневековое войско султана устоять против регулярной пехоты и кавалерии уже давно не могло. Однако хитрые турки в поле не сунулись, остались на бастионах Слободзеи.

Князь Трубецкой старался описать эти события кратко, сухо, сугубо объективно. Просчеты Главнокомандующего бросались в глаза. Он распылил силы при штурме, не воспользовался резервами, довольно многочисленными, правильно не оценил упорство турок, их умение стойко обороняться в окопах.

Стало быть, на сей раз суворовский «глазомер» изменил генералу от инфантерии. Вместе с тем сие не есть поражение. Война продолжается. Оба противника, сохранив главные силы, готовы сойтись в поединке.

Личной неприязни к Петру Ивановичу генерал-адъютант не испытывал, скорее наоборот. Он совершенно искренне, не кривя душой, провозгласил на ужине здравицу в его честь. Однако особенное доверие государя придавало пребыванию Василия Сергеевича в Молдавской армии некий новый смысл.

Потому он ощущал тайную власть над людьми, собравшимися нынче у Багратиона, и даже наслаждался ею.

Может быть, единственно плохим и непонятным самому Трубецкому оставалось то, что донесения о всевозможных неприятностях получались у него ярче, убедительнее, интереснее для начальства, чем сообщения о победах и достижениях. Он удивлялся этому, но поделать с собой ничего не мог.

В последнем, декабрьском, рапорте генерал-адъютант много внимания уделил внезапной ссоре Главнокомандующего с генерал-лейтенантом Милорадовичем.

Строптивый, слишком эмоциональный, заносчивый серб и раньше не ладил с Багратионом. Он ревниво отнесся к его назначению, полагая, что начальствовать над Молдавской армией следовало бы именно ему, Михаилу Милорадовичу. Если исходить из понятий армейской субординации, то такое поведение заслуживало порицания. Однако же и князь Петр не без греха.

Совсем мало места досталось на бумаге главному событию – переходу наших полков с правого берега Дуная на левый для более удобного размещения на зимних квартирах.

По наплавному мосту, сооруженному саперами близ Гирсово, солдаты прошли бодро и весело. Они радовались предстоящему длительному отдыху.

Не ожидал Трубецкой, что его обычное конфиденциальное послание произведет столь сильное действие. Правда, впоследствии знающие люди в Санкт-Петербурге уверяли Василия Сергеевича, будто на решение самодержца повлияли и другие обстоятельства.