Полет длиною в жизнь

Первое время он часто вспоминал Оливию, но с каждым днем неделя в Италии становилась все призрачнее.

Вначале они часто звонили друг другу. Постепенно звонки стали реже…

С одной стороны, у Андрея была вполне устойчивая успешная жизнь, с другой – не оставлял образ воздушной девушки из сказочной Венеции. И однажды он поднял трубку, чтобы позвонить ей, но его опять оторвали коллеги, и он отложил звонок. На завтра. На некоторое время. Надолго. Навсегда.

Она превратилась в фантом. А перед ним стояли реальные задачи, путь преграждали реальные проблемы, и в дверь каждое утро стучалась реальная жизнь.

А через год Андрей женился на дочке бизнес-партнера. И понеслась, полетела жизнь, в которой венецианская история осталась в прошлом.

Прошли годы.

Приближался юбилей Андрея – 50 лет.

Он стал известным адвокатом. Жил по-прежнему в Риге. По воскресеньям играл в гольф, зимой любил гулять вдоль пляжа с любимым лабрадором Арчи, потом сидеть у камина с сигарой в большом загородном доме в Юрмале. К сожалению, душевной близости с женой не возникло, да и страсти тоже.

Зато было комфортно и спокойно. Впрочем, последнее время Андрей все чаще оставался ночевать один, в городской квартире, а жена предпочитала жить за городом. Он хандрил, размышляя о том, что на носу полтинник, что с ребенком не получилось. Об этом он жалел больше всего. Жена лечилась в разных странах, ездила к знахарям, но безрезультатно. Что-то важное было упущено в жизни, да и чувствовал себя Андрей не очень хорошо. Еще в студенческие годы у него часто бывали головные боли, потом вроде бы прошли, а теперь опять возобновились.

Обеспеченный, уверенный в себе, успешный адвокат, он был красив зрелой мужской красотой. Волосы уже начали седеть на висках, но Андрей Викторович, загадочный и немногословный, всегда изящно со вкусом одетый, со стройной фигурой, моложавый, был под пристальным вниманием многих местных девушек. Его подстерегали в ресторанах, где он бывал с друзьями, заучивали стихотворения его любимого Бродского, чтобы при возможности произвести впечатление, пытались, как бы случайно, попасться на глаза, когда он гулял вдоль моря… У него случались романы, но они никогда не перерастали ни во что серьезное.

На душе у Андрея Викторовича было пусто. Андрей Викторович грустил…

В то утро он пришел в офис чуть позже обычного, поздоровался с секретаршей, и она отдала ему разобранную почту. На отдельном листке бумаги были записаны звонки. Один из номеров и сообщение привлекли его внимание.