Из Москвы в Сергиев Посад

Опасаясь глумления над мощами, о. Павел Флоренский и граф Юрий Олсуфьев отделили голову Преподобного Сергия и заменили ее головой князя Трубецкого. До 1946 года, вплоть до открытия монастыря, голову Сергия тайно скрывали: сначала в доме Олсуфьевых, потом – закопанной в их саду. Позднее святыню скрывал П. А. Голубцов, будущий архиепископ Новгородский и Старорусский – Сергий. Когда он в 1941 году ушел на фронт, то передал реликвию архимандриту Иллариону и тот прятал голову под престолом алтаря своего храма.

Отца Флоренского расстреляли в 1937 году на Соловках, а графа Олсуфьева в Бутово в 1937 г. Последний наместник Лавры архимандрит Кронид, слепой и немощный старец, был расстрелян в 1937 г.

В советское время на территории монастыря был музей атеизма, тир, клуб и коммунальные квартиры в трапезной монастыря, где были сняты некоторые сцены фильма «Светлый путь».

В годы хаоса с монастырской колокольни сбросили колокол в 67 тонн – ныне он отлит заново.

Многие годы город назывался Загорск – в память о погибшем секретаре Московского комитета партии В.М. Загорском (настоящее имя Лубоцкий). В городе в разные годы жили многие представители православной творческой интеллигенции России: Лентулов, Нестеров, Фаворский, Пришвин, Тарасова, Леонтьев, Розанов.

Сегодня с Лаврой, этим святым местом России, познакомимся и мы.

Проспект Мира, по которому мы едем – дорога древняя, известна с 12 века, и, проходя через леса, вела в Ростов Великий, Суздаль, Переславль-Залесский, Александрову Слободу, во Владимир, что на Клязьме, затем в Суздаль.

С 14 века она стала самой известной дорогой паломников, отправлявшихся в Троицу.

С середины 16 века этот путь вел на Север к Белому морю, к Архангельску.

С 17 века улица стала называться Мещанской, здесь селились выходцы с Украины; горожан в то время принято было называть мещанами.

«Идем Мещанской – все-то сады, сады.

– Прощай, Москва!.. Вот мы и за Крестовской, самое богомолье начинается… Мы на святой дороге, и теперь мы другие, богомольцы. И все кажется мне особенным. Небо – как на святых картинках, чудного голубого цвета, такое радостное. Мягкая пыльная дорога, с травкой по сторонам, не простая дорога, а святая: называется – Троицкой… Из Москвы как из ада вырвались», – вспоминал о дороге к Преподобному писатель Иван Шмелев.