Геморрой, или Двучлен Ньютона

Сперва она решила, что я зашел как клиент, потом долго ничего не могла понять, потому что, как мальчик из интеллигентной семьи, я выражался эвфемизмами. Когда до нее наконец дошло, она с минуту лупилась на меня, потом зашлась в ржачке. Мою интеллигентность как рукой сняло. Отборным русским матом я сказал все, что думаю о ней. Она, довольно хмыкнув, буркнула:

– Умеешь же, когда хочешь. Валяй, снимай штаны.

– Пошла ты, – заорал я, – с чего ты взяла, что я хочу?!

– С чего ты взял, что я даю бесплатно?! – нагло ответила она.

 – Давай обнажай задницу, посмотрим, что там у тебя.

С горя я так и сделал. На той самой постели, где неделю назад мы кувыркались, она обследовала мой зад, потом, хлопнув по ягодице, сказала:

– Порядок! Геморрой.

Я был в шоке и оттого глупо брякнул:

– Врешь!

– Ну, – пожала она плечами, – на тебя не угодишь. Ладно, давай выметайся!

Но я все еще был в шоке и оскорблен до глубины души – вместо нормального триппера я подцепил потешный геморрой. Поэтому поступил в лучших мужских традициях – как скотина.

Завалил ее на постель и отымел от души. Бесплатно!

* * *

Геморрой круто изменил мою жизнь. Я влез в инет и прочел все, что только нашел о нем. Радостного было мало, а обнадеживало разве что: на задницу бывают приключения похуже моих. Из негатива было то, что, как всегда при чтении симптомов любой болезни и ее причин, кажется, что все это есть и у тебя. Только одну можно было исключить однозначно – тяжелые роды. Возрадовавшись, что хоть эта напасть меня миновала, я с помощью зеркал внимательно исследовал свою нечаянную радость.

Ничего устрашающего. Ну, прыщ и прыщ. Разумеется, я не внял совету, вычитанному в инете, – обратиться к врачу. Меня переполняло счастье – я не подцепил ничего венерического! Кстати, с тех пор я всегда соблюдал правила сексуальной гигиены. Я мог забыть купить зубную пасту, но резинки были всегда распиханы по углам и карманам. Вот так всегда в жизни и бывает – фантомный страх оказался сильнее, чем реальный. Вместо того чтобы заняться реальным геморроем, я воздвиг бастионы на пути возможной венерической заразы.

Оскорбленный геморрой, наверное, решил отомстить. Но я тогда об этом не догадывался. Я думал, что в человеке только один орган живет абсолютно суверенной жизнью – пенис: хочет и может только тогда, когда лично ему вздумается. Это потом я понял, как много у них общего.

Ну, в общем, к врачу я не обратился, ни с кем ни о чем не посоветовался, просто купил свечи и мази.