Управление

Но ей удалось сдать соответствующий экзамен с горем пополам, и так вышло, что в мае 1931 года обе девочки впервые поднимались вместе по старинной лестнице Луизеншуле, единственной женской гимназии в Веймаре.

Но старинная не значит старомодная, отметила Хелена, когда они обратились в секретариат, чтоб зарегистрироваться, и увидели, что там используют компьютер. Это было более изящно и современно выглядящее устройство, чем то, которое она в свое время видела у дяди Зигмунда. Но, как бы там ни было, устройство знало их имена и семейные данные и одним нажатием кнопки выплюнуло их ученические удостоверения.

Как и следовало ожидать, Рут в кратчайший срок стала любимой ученицей их учителя немецкого языка, профессора Вольтерса, мужчины с седой эспаньолкой и внушительным брюшком, который всегда казался несколько погруженным в свои мысли, но, если предоставить ему правильные реплики, мог забыться в декламации стихов или даже целых отрывков из пьес. В такие моменты он казался актером, ошибившимся сценой, и то, что все школьницы смеялись над ним, от него ускользало.

При этом Рут никогда не смеялась. Она боготворила профессора Вольтерса так же, как и он ее, и, ко всеобщему веселью, защищала его от насмешек класса.

И если она была обречена на одни пятерки по немецкому, то математика стала для нее ежедневным кошмаром, ведь теперь уже одной арифметики было недостаточно и нужно было понимать и разбираться в более сложных взаимосвязях. Что касается математики, Рут целиком и полностью зависела от помощи Хелены, от того, чтобы списывать у нее домашние задания, получать необходимые разъяснения и в чрезвычайной ситуации, то есть на экзаменах, получать от Хелены подсказки с правильными ответами.

Несмотря на все старания подруг, оценки Рут по математике оставались настоящей катастрофой. Отец Рут регулярно заламывал руки над головой. Как же она сможет перенять аптеку, если она не освоила даже исчисление процентов?

– Мне придется выйти замуж за математика, – поделилась Рут, единственный ребенок своих родителей, с Хеленой одной идеей о том, как разрешить эту дилемму.

Возможно, высказала свое мнение Хелена, стало бы лучше, если бы у них в следующем году появился другой учитель. По ее мнению, бо?льшая часть страданий Рут была связана с тем, что профессор Касперский, говоривший с русским акцентом и смотревший пронизывающим взглядом, просто не умел хорошо объяснять предмет.