Управление

Наверняка что-то еще более унизительное. Об этом правиле Феликс ему ничего не рассказывал.

Странно, теперь в игре были другие карты? Только что это были карты с синей рубашкой, а теперь с красной. Когда определился победитель – им оказался Короб, – Ойген задал вопрос, после которого все окончательно покатились со смеху.

– Мы всегда так делаем, когда приходит кто-то новенький, – сказал Феликс, когда смог снова свободно вздохнуть, взял в руки другие карты и признался: – Эти крапленые.

– Крапленые? – повторил Ойген и почувствовал себя словно в дурном сне.

– Да. Мы тебя обхитрили. Погоди, я тебе сейчас покажу.

Он продемонстрировал Ойгену пометки с обратной стороны карт, по которым можно было определить, у кого какие на руках карты, и объяснил ему, как с их помощью можно направлять игру так, как хочется. Это было удивительно просто, если знать, на что следует обратить внимание, и самым постыдным во всей ситуации Ойгену показалось вот что: он не заметил этого раньше.

– Но, – заключил Феликс, – проигрыш есть проигрыш, и теперь Короб может определить, что тебе нужно сделать, чтобы получить обратно свои вещи.

– Он должен нам станцевать! – хихикая, выкрикнула одна из девчонок, толстуха.

– Нет, он должен показать нам, как он… ну вы поняли… – воскликнула другая, со стрижкой под мальчика, сделав к тому же рукой движение вверх-вниз. Ойген понятия не имел, что она имела в виду.

Рыжеволосая взвизгнула, размахивая старой щеткой:

– Он должен воткнуть себе в зад черенок, бегать туда-сюда и лаять как собака!

Она прокричала это так решительно, что Ойген действительно испугался. Ведь не могли они требовать от него этого всерьез, не так ли? О таком и речи не может идти!

А четвертая девчонка, самая маленькая и скучная из всех, крикнула:

– Мы выбросим его вещи из окна на улицу, а он должен будет голышом спуститься по лестнице, если захочет их вернуть!

Ойген сидел как парализованный, крепко сжав бедра и прикрывая рукой свой пенис, и был уверен, что сейчас умрет от стыда.

Короб решительным движением руки призвал девушек замолчать.

– Я победил, – произнес он. – И потому я решаю, что ему сделать.

Ойген заметил, как его начало трясти. Точнее говоря, это его тело стало дрожать само по себе, и он ничего не мог с этим поделать.

– Я требую, – продолжал Короб с задумчивым видом, – от тебя адрес.