Я никогда не была спокойна

И тем не менее ее проклятие всегда будет действовать подобно выпущенному из бутылки джинну. Но дочь не держит на нее зла. Даже наоборот, она объясняет суровость матери ее заботой о судьбе дочери: ведь она хотела придать Анжелике больше физических сил и стойкости.

В одиннадцать лет, после очередного лета, проведенного в поездках между Швейцарией и Германией, девочка выразила желание учиться в муниципальной школе. Мать сначала воспротивилась, но потом сдалась и отправила ее в светскую школу для девочек в Харькове, где жила старшая сестра Анжелики.

Хотя это была не гимназия, о которой так мечтала девочка, таким образом она обрела свободу, вырвавшись из дома. Ученицы носили голубые платья с короткими рукавами, отделанными белыми кружевами, и белые передники. Все это Анжелике очень нравилось, и она не понимала, почему другие девочки жалуются на пищу, жесткие кровати, требования учителей, которых отбирали среди лучших педагогов России.

Однажды в Харьков должен был приехать царь. Ученицы их школы были единственными, кому разрешено было приветствовать его величество на вокзале.

Анжелика очень волновалась, ожидая его прибытия, ей не терпелось поклониться Александру II и подарить царице букет цветов. Но царь все не ехал. Стали говорить о покушении «бандитов» на его жизнь. На следующий день юная Анжелика напишет школьное сочинение, в котором поблагодарит Бога за то, что он спас жизнь императору.

Она окончила школу в семнадцать лет. Мать считала, что учиться ей больше не надо.

Пора выходить в свет и подыскивать мужа. Но когда они отдыхали в Швейцарии, в Монтрё, случилось нечто, изменившее жизнь девушки. Она записалась в языковую школу. Однажды директриса попросила ее провести урок в классе вместо заболевшей учительницы. Анжелика поднялась на кафедру, начала говорить по-французски и провела занятие у своих ровесниц. После занятий директриса сказала, что из нее получится прекрасная учительница. Впервые ей прочили карьеру, а не праздную жизнь. Когда Анжелика вернулась в Россию, слово «учительница» стало для нее синонимом побега – от условностей, от неминуемого брака, который устроит мать. И от обеспеченной семьи, поехавшей в Москву на свадьбу одного из братьев в специальном вагоне, который обычно предоставлялся царской семье, однако на этот раз его предоставили высокопоставленному государственному человеку, брату отца. (Тридцать лет спустя в том же самом вагоне она возвратится в столицу России уже революционеркой.