Смерть с уведомлением

Видимо, дернул за какое-то подъемное устройство.

– Строительный раствор застыл лишь спустя восемь часов. Затем я установил этот полиспаст.

Он отпустил цепь и встал у Кармен за спиной. Свет от его налобного фонаря упал на зеркало, которое болталось на конце цепи, отразился и затанцевал по стенам. Красный кирпич. Без отделки. Невысокий свод – как в маленьком винном погребе. Кармен показалось, что она разглядела крюки на каменном потолке.

– Надеюсь, твой вид не приведет тебя в ужас. Не забывай: твоя грудная клетка сдавлена.

Ты можешь дышать только поверхностно! Чем спокойнее будешь реагировать, тем лучше. Как только начнешь паниковать, задохнешься.

Зеркало повернулось, так что на одно мгновение Кармен могла увидеть свое лицо.

И она увидела… только свое лицо!

Страх, паника и смятение одновременно овладели ею.

– Нет! – закричала она. – Нет, пожалуйста… Господи, нет!

В голове Кармен одна за другой лихорадочно менялись мысли. Неожиданно все начало обретать смысл. Его объяснения о коже, почках, позвоночнике, клаустрофобии и венозном доступе.

Последнего у нее действительно больше не было.

В раскачивающемся перед собой зеркале она увидела бетонную колонну – примерно два метра высотой и шестьдесят сантиметров шириной – в наполовину отбитой деревянной опалубке. Из серого блока выступало только ее лицо, от подбородка до лба… и на уровне бедра торчали два катетера.

– Нет! – выкрикнула она. – Пожалуйста, нет!

Кармен заплакала. Непроизвольно ее мышцы напряглись, словно она могла разорвать бетонные оковы, но чем сильнее она пыталась пошевелиться, тем больше задыхалась.

Она не могла расширить грудную клетку.

Пожалуйста, помогите мне!

Кто-нибудь должен прийти и разбить этот бетонный блок прежде, чем она сойдет с ума.

– На помощь! – закричала она как можно громче и, задохнувшись, начала жадно глотать воздух ртом. – Пожалуйста, отпустите меня, – взмолилась она. – Пожалуйста!

Она ничего ему не сделает. Кармен обещала, если он сейчас освободит ее из бетона, она даже не заявит на него в полицию.

Все простит и забудет.

– Пожалуйста!

Он снова вышел вперед. По движению налобного фонаря она поняла, что он почти незаметно помотал головой.

– Я предусмотрительно ввел тебе антибиотик широкого спектра. Кроме того, время от времени буду давать тебе витамины, но рахита тебе все равно не избежать. – Фонарь снова ослепил ее. – А твои глаза станут чувствительными к свету.