Лето, в котором снова ты

Мало того, что сбежал, наплевав на них, так ещё и нашёлся в беспомощном состоянии… Облажался по полной. В общем, я тогда убедился, что рановато мне ещё свою отдельную жизнь начинать.

Когда меня выписали домой, мама на выписку подарила мне этот браслет со словами: "Помни, сынок, что мы любим тебя, даже когда ты творишь что попало, бунтуешь, сбегаешь. Ты наш сын, здесь твой дом, и его двери всегда будут открыты для тебя!". С внутренней стороны у него выбита надпись: "тебя ждут дома".

Я с тех пор этот браслет так и ношу, снимаю лишь изредка.

Он мне служит немым напоминанием. С рок–группой мы в итоге вскоре разбежались. Я все–таки закончил школу, в ВУЗ поступил… Больше я не позволяю себе забывать, благодаря кому я являюсь тем, кто я есть.

– Твои родители мудро поступили тогда, нужно отдать им должное. Смогли не обострить конфликт, а решить его, показав свое принятие…

– Да, с возрастом только начал понимать, чего им стоил этот эпизод, сколько душевных сил на него ушло.

– Саш, у меня только один вопрос.

– М?

– А чего вот ты расселся тут сейчас со мной на полу? Бегом давай на площадку и ищи свой браслет! Позвони парням, может они забрали. А мне потом напишешь, нашёл или нет.

– А ты? – на лице Саши отразилось искреннее недоумение, – до прихода подруги как будешь справляться?

– Легко, непринуждённо и с походкой от бедра! Ну правда, я уже на месте, ранение заштопано. Все будет хорошо. Номер мой запиши и беги.

Вместо прощания – улыбка и лёгкое касание пальцами ладони.

Как обещание, что все ещё только начинается.

***

Сознание понемногу возвращалось. Вместе с сознанием возвращались и прочие ощущения: боль в спине, сухость во рту, тяжесть в голове. Слух улавливал голоса поблизости, но не удавалось разобрать, кто и о чем говорит.

Оля открыла глаза и прислушалась внимательнее:

– Лист висит кружавчиками.

– Убери ногу из кружки, а то хвост торчит.

– А иначе в хороводе спляшет интеграл?

– Три гвоздя в розетке!!!

"Бессмыслица какая-то… Кто это говорит? И где я вообще?"

Оля лежала на животе на невысокой кровати.

Комната была светлая, ухоженная. Стены отделаны деревом. Окошко со светлой вышитой занавеской открыто, свежий ветерок приятно продувает помещение. В зоне видимости был подсвечник с наполовину сгоревшей свечой, стол с двумя стульями. Та стена, у которой Оля лежала на кровати, оказалась при ближайшем рассмотрении печью, а низкая "кровать"– лавкой.