Лето, в котором снова ты

– Ах это… – Саша улыбнулся, – это она заклинание накладывает от подслушивания. Мы же близко к двери и к окну сидели, чтобы с улицы кто не услышал нечаянно того, что ведать ему не положено.

– И что за секреты вы там обсуждали?

– Да никакие в общем-то и не секреты. Она просто наконец поняла чуть больше о том, как мы сюда попали и как нам вернуться…

Саша рассказал Оле обо все, что произошло, пока та лежала без сознания.

– Получается, она реально знает, как нас отправить назад? – задумчиво спросила Оля.

– Я бы сказал, она имеет предположение, которое может оказаться верным. Это нам ничего не гарантирует.

Оля медленно выдохнула и стала мерить шагами комнату.

– Хорошо, пусть так. Не гарантирует. Но попробовать мы должны.

Саша в ответ горько усмехнулся.

– Нам боком может выйти эта попытка.

– Почему же?

Саша сел на лавку и жестом пригласил Олю присоединиться, затем ответил.

– Расскажу тебе сейчас об одном случае, который произошёл, когда я с ней ещё жил.

Оля села рядом с Сашей, сохраняя дистанцию, подтянула колени к груди, обняла их и положила голову на колени.

– Баба Груня эта оказывает весьма широкий спектр услуг: от родовспоможения и заговора ячменя до порчи и разных деликатных дел. Однажды к ней обратился один человек… Влиятельный. Я не могу назвать ни титула, ни фамилии – связан её заклятьем. У этого влиятельного человека любовница понесла, и это могло сгубить ему и семейную жизнь, и репутацию. Да и самой любовнице тоже.

Они обратились к бабе Груне, чтоб помогла вытравить плод.

– Чего?

– Аборт сделать. Ты же знала, что в 16 веке всё плохо с контрацепцией?

– Догадывалась. Пока об этом задумываться всерьёз ситуации не представлялось.

– Чёрные знахарки-то дело свое знают. То луковицу туда воткнут, чтобы проросла сквозь плод, а потом выдирают. То крюки туда засовывают. То отвары разные дают да впрыскивают. Беременность-то прервут, да как после такого выжить? Антибиотики ещё не изобрели, антисептиков нет, медицины толковой нет.

После таких процедур часто умирают. У бабы Груни выживаемость 100%. Никто ещё после её аборта не помер. Какой-то заговор знает и зелье варит. После этого просто случается выкидыш. Но оплатить её услуги непросто бывает.

– Цену слишком высокую ломит?

– Смотря с кого и за что. Она всегда думает и видит наперёд, кто и чем ей может пригодиться. С крестьян простых берет едой. Сами ей привозят крупу мешками, соленья бочками.