Лето, в котором снова ты

Какое-то время в спальне была тишина, но вскоре люди внутри завозились. Были слышны приглушённые стоны запретной любви.

"… Да твою-то мать, опять что ли средневековая порнография меня настигла… ", – подумала Оля с досадой, как вдруг дверь резко отворилась. Внутри стало тихо.

– Напрасно окно открыли, гляди, какой сквозняк. Затворить надобно – проговорила Елена.

Внутри послышались шаги босых ног, звук закрывающегося окна. Оля подскочила со своего места, и юркнула в открытую дверь за мгновение до того, как Иван её закрыл.

"… Надеюсь, продолжать они сейчас не станут… ", – подумала Оля, спешно оглядывая комнату и решая, где бы так аккуратно встать, чтобы хозяева ненароком её не задели и не заметили.

Удачным местом ей показалась деревянная ширма, завешанная одеждой. За неё-то Оля и спряталась.

Какое-то время ещё были слышны звуки поцелуев и неугасшей страсти, но этой искре не суждено было разгореться в пожар этим утром.

С письменного стола поднялось в воздух тяжеленное пресс-папье и полетело в голову Ивану.

В комнате раздался истошный женский визг. Оля вздрогнула и, если бы могла, завизжала бы сама, когда выглянула и увидела окровавленный затылок Ивана. Он держался за него рукой, блуждая помутневшим взглядом по комнате. Раздался оглушительный скрип и срежет, а затем воздух прорезали слова, произнесённые неизвестно кем:

– Ты умрёшь! Вы оба поплатитесь за то, что совершили!

С разных сторон комнаты летели тяжёлые предметы, и все они были нацелены или на Елену, или на Ивана.

Будто брошенные сильной меткой рукой, они не достигали цели лишь потому, что Елена успевала уворачиваться и отбиваться подушкой. Иван ещё был в сознании, но после удара по голове – дезориентирован и бесполезен.

– Не будет прощения! Не будет пощады! – беапелляционно и зло повторял жуткий, нечеловеческий голос, от которого шли мурашки и шевелились волосы на затылке.

А потом начался камнепад. Снаряды, размером, как для пращи, появлялись из воздуха и летели в Елену.

Та спрятала живот и голову в подушках, и исступленно в истерике молилась, принимая ослабленные удары.

Сидеть дальше в засаде было нельзя.

"…Камни не могут появляться из воздуха сами по себе, это нелогично. Из воздуха – это портал должен быть, но его нет. Предметами тоже должен кто–то управлять. Дверь открылась. Сама ли? И что, если вошла не только я? … "

Оля выскочила из своего укрытия, незамеченная в общей суматохе, и кинулась к письменному столу.