Лето, в котором снова ты

Дурь-то выйдет, она и вернётся сама, – Микола встряхнул замолчавший коллектив, нарушая воцарившуюся тяжёлую тишину, – запевай, Варвара, чтоб за душу брало!

Варя несмело затянула песню, которую подхватили остальные девушки.

Микола же подошёл к Оле:

– Подсоби-ка, возьми мешок с обрезками да прочим мусором, да снеси в баню, в печи сжечь. Помощь понадобится – так Степку попроси.

Оля кивнула, и, схватив указанный мешок, отправилась в баню. Открыв заслонку огромной печи, шустро стала перекладывать мусор из мешка в топку, пока не обратила внимание на какой-то сверток внутри печи.

"… Что это? "

Оля засунула руку поглубже и вытащила оттуда белую льняную сорочку, испачканную чернилами, а в сорочку, подошва к подошве, были завернуты лёгкие тапочки, какие девушки носили внутри дворца.

"…Ого, вот это находка… Что ж мне делать теперь с тобою? …"

Шустро выложив остатки мусора в печь, Оля спрятала находку в мешок, накинула на себя шапку-невидимку и пошла к беседке, где уже лежал один её секретик.

"…Ага, на ловца и зверь… Послушаем, чем же так тебя Овчина обидел…"

Оля притаилась за деревом недалеко от беседки и стала слушать.

Арина горько плакала и причитала на плече у подруги:

– Неужто она красивее меня? Неужто ласковее или умнее?

– Нет, Аринушка, не красивее. Ты лучше неё во сто крат! – Света гладила подругу по голове.

– Тогда отчего ж её выбрал? Отчего её дитю так радуется, а как про нашего узнал, так убежал? – из груди девушки вырвался надсадный вой и рыдания.

– Не знаю, Ариша, не знаю… Видно, крепко любит он её. А сердцу-то ведь не прикажешь. Отпусти ты его. Пусть с Глинской обжимается. Жизнь накажет его за тебя, вот увидишь!

"…Узнал об их дитя? Так, а ребёнок-то её где? "– Оля растерянно размышляла, – "…у родственников? Как бы разузнать… "

– Ненавижу! Ненавижу за то, как со мной поступил!

Арина продолжала рыдать около получаса, затем Света увела её обратно в мастерскую.

Оля всё так же сидела в тени дерева и размышляла, как бы ей узнать точно, причастна ли Арина к тем происшествиям с княгиней. Задумчиво крутя в руках подвеску, она вдруг вспомнила об одном своём знакомом, который мог бы пролить свет на эту тайну.

Она сделала всё, как он учил: сжала в руке медальон, закрыла глаза, подумала о нём и прошептала немыми губами имя: "Ашер".

– Здравствуй, девица. Я пришёл на твой зов.

Оля открыла глаза.