Картофельный король: сказки белорусского леса

Будто снова ощутил пляшущие на лице лучи солнца, увидел силуэты людей и вспомнил странную фразу, обращенную к нему – осталось ехать… Как это, ехать? Куда? Леший не видел в своем сне лошадей и повозки. Только странный мерцающий свет и стекло. Много стекла. И спереди и сбоку все было стеклянное, было много света. Все эти воспоминания еще больше выбили из колеи юного добытчика. От бессилия он сделался злой и захотелось кричать на весь мир, за то, что играет с ним в какие-то странные игры, правила которых Феде не по силам сейчас угадать и он обречен проиграть.

Сделав несколько глубоких вдохов носом и выдохов ртом – как учила его делать мама в минуты ярости и отчаяния, парень попытался успокоится и сложить в голове все кусочки головоломки. Получалось плохо. На улице было холодно – только сейчас он это заметил. Шкура не спасала. Надо вернуться в дом и постараться собраться, затопить печь, попить чаю, поесть. Поесть! Он же с утра ничего не ел, с тех пор, как ушел от деда.

Да и когда в лагерь пришел откусил кусок хлебной краюшки, да отпил глотка полтора кваса. Ну точно. На пустой желудок ужасы всякие ему и мерещатся, не иначе.

Федя расхрабрился, найдя внятное объяснение своим страхам, и смело шагнул в дом. Он все делал быстро и со знанием дела, все движение были отработаны годами практики. Зажег свечу на столе. Натащил к печи дров, закинул поленья, открыл вьюшку, ловко разжег огонь и стал смотреть как он бодро занимается, перескакивая с одного поленышка, на другое.

Затем Федя поставил на плиту чайник, достал нехитрую снедь и выложил на стол.

Попивая ароматный отвар из малиновых веточек в прикуску с ржаным сухариком Леший с улыбкой и теплотой вспоминал гостеприимного дедушку, который угощал белыми сухарями. Уже почти и забыл о своих тревогах – стоило только перекусить. Да и мама его не уставала повторять:

– Сыт – весел, а голоден – нос повесил.

И никогда даже и не пыталась заводить с ним разговоры, пока тот не поест. И правда, сделалось как-то легче и теплее на душе. Злость и страх отступили, но осталось любопытство. Добытчику было непонятно, откуда в его снах появились такие вещи, которых он не знал никогда и в глаза не видывал. Отчего это вдруг его сознание начало разворачивать перед ним такие фантастические картины. Он стал вспоминать то, что видел в своем странном сне.