Картофельный король: сказки белорусского леса

Из пятидесяти ловушек сработали всего 23, но и это было больше, чем ожидал добытчик. Посмотрев на свою добычу: 12 зайцев, 9 белок, лисица и енот, Леший удивился. Было странно видеть таких крупных зверей в силках, видимо позарились на мелкую дичь и сами попались.

Федя сел за заготовку тушек и опять предался размышлениям. Парень представил, как утрет нос надоедливому Максу и подарит Алене шкурку лисы, такая красивая попалась, хоть и почти осень на дворе. Это была не первая лисица Лешего. Ему было 9 когда он поймал первую в своей жизни лису и принес ее домой.

Мама заказала у кожевника воротник себе на пальто. Это Федя настоял, изначально она хотела сделать ему рукавицы. Светлое, теплое было время. Раньше о нем было кому заботится, мама сдувала с него пылинки, ведь он единственное, что ее держало на земле – так она сама ему говорила. Теперь Федя один и даже Аленка, к которой молодой добытчик вот уже 3 года из своих 19 испытывал нежные чувства, все не могла определиться.

В сознании всплыло то самое утро, когда Леший понял, что недолго ему осталось жить счастливой и беззаботной жизнью.

Стоя у печи мама вдруг странно пошатнулась и ухватилась за выступ. Феде показалось, что она просто обожгла руку, но мама только оперлась лбом о стену и медленно сползла на пол тяжело выдохнув:

– Беги за Василе?вичем, Федю?шка.

И Федя побежал. До дома фельдшера Василевича было минуты 2. Лагерный врач еще ходил по дому в исподнем но услышав о Валентине накинул пальто поверх белья, схватил сумку и выбежал из дома даже не заперев дверь.

Федя стоял в дверях кухни, пока фельдшер осматривал уложенную на лавку маму. Он качал головой и периодически вздыхал.

– Валя, скажи сыну, пусть за водой сходит.

– Так я утром набрал, мам.

– Сходи Феденька, принеси свежей, холодненькой, кружечку. Очень хочется.

И она улыбнулась грустно и любяще, так, что Федя не мог отказать. Просто взял кружку и побрел к колодцу. Он не знал о чем они говорили и что делал врач, но когда добытчик вернулся домой мама уже снова стояла перед печью, а на столе перед Василевичем стояла чашка горячего чая.

С того момента мама стала часто, минимум раз в неделю ходить к фельдшеру и проводила у него от одного часа до четырех. Феде никто ничего не рассказывал, но все в поселке как то странно и сожалением смотрели на 12-летнего мальца. Спустя полгода с того злополучного утра мама и вовсе перестала выходить дальше собственного двора, и все заботы о хозяйстве легли на хрупкие юношеские плечи.