Картофельный король: сказки белорусского леса

К тому моменту, когда серое солнце начало робко освещать еще более серое небо у Лешего уже было все готово. Он накормил Кота кашей с мясом, напоил сладким чаем с пастилой и орехами, поел сам. Товарищ уже тревожно спал на двух огромных, наспех кое-как связанных вместе ветках ели. Федя подложил все мягкие вещи, какие были, под тело Кота, чтобы дорога была для него прошла как можно легче. Леший притушил костер, сделал большой глоток воды, оглядел поляну и уверенно двинулся в путь.

Если идти в среднем темпе, но не останавливаться надолго, то дойти до лагеря получится к вечеру.

Добытчик почти был уверен, что за это время ничего плохого не случится с его драгоценной ношей, и он передаст молодого Кота отцу и лагерному врачу если уж не в целости, так в сохранности.

Большой рюкзак с вещами Кота и Соломы пришлось оставить в лесу, на месте стоянки, иначе Федя просто не дошел бы до лагеря вовремя. Ему ведь нужно было дотащить и мясо, которое удалось добыть. Однако парень твердо был уверен в том, что как только убедится, что его товарищу ничего не угрожает, а сам наберется сил, то отправится сюда снова и заберет оставленное.

Все эти вещи были нужны и Коту и родне Соломы. Это память, часть жизни. Не привыкли в поселении вот так бездумно разбрасываться пожитками. Все бережно использовалось, хранилось и передавалось другим. Даже одежда.

Идти было очень тяжело и Леший понял, что просто не сдюжит тащить напарника и мешок с мясом так, как запланировал сначала. Ему понадобится гораздо больше времени для отдыха.

Уже буквально через 3 часа пути Федор выдохся настолько, что готов был сдаться. Единственное, что подстегивало молодого добытчика – ответственность за жизнь и здоровье своего напарника. На четвертый час пути он решился на небольшой привал и разрешил себе полчаса отдыха.

За это время Леший планировал подкрепиться, накормить Кота, и немного отдохнуть. Наспех поев и буквально заставив напарника проглотить кусок вяленого мяса и пастилы, новоявленный командир прислонился головой к холодному стволу вековой сосны чтобы перевести дух и буквально пропал, будто кто-то повернул выключатель.

Глава 22

Шелестел лес. Шелестел не мрачно и угнетающе, а по-доброму, будто старый друг. В этом шелесте хотелось раствориться, забыться, остаться навсегда. Леший стоял посреди поляны, вокруг него были только сосны, заканчивающиеся где-то далеко, в голубом, до рези в глазах, небе. Там же, где-то между макушками, мелькали лучи яркого солнца.