Кровавый рубин

И я не могу дать больших прогнозов.

Пока идет операция. Только по ее окончанию будет что-то более конкретное.

– Как такое могло произойти? Прошло всего 2 года, как он стал мастером «Кровавого рубина». Что теперь будет с ним? – возникало все больше вопросов в голове Помощника.

Сидя в людной больнице, сорокалетнего мужчину вдруг охватила паника.

«Отсутствие человека, знавшего секрет изготовления «Кровавого рубина» значило – что камень исчезнет навсегда!» – пронеслась неожиданная мысль в голове Помощника.

Тяжесть сложившейся ситуации сильно давила, взваливая все будущее «Кровавого рубина» на почти не причастного к нему человека.

Если бы он только знал его секрет, Помощник временно мог бы заменить мастера или обучить кого-то другого. Но сейчас он находится в беспомощной ситуации с этим «маленьким ребенком» у себя на руках.

«Может я сам смогу разобраться в записях и создать хоть какой-то первый образец» – на мгновение осенило Помощника. А затем, тяжелые мысли им вновь овладели, вытесняя этот последний лучик из его расстроенного сознания.

– Что с ним, Доктор?

– Пока без сознания. Операция прошла хорошо. Но я не знаю, что будет с ним дальше.

Помощник пристально смотрел на доктора, морально готовясь к тому, что он может еще услышать в этот тяжелый день.

– Он мог потерять память. – озвучил наконец смертельный приговор, который ожидает «Кровавый рубин».

– Совсем? Или частично?

– Об этом станет известно, только когда он придет в себя.

Это предварительное предположение, так как голова сильно пострадала в аварии, шанс того, что он потеряет память более 60%.

Вообще чудо, что мы смогли его спасти.

Помощник внимательно слушал все, что говорил ему Доктор…

«– Чудо! Какое чудо?» – стоило замолчать доктору, раздался голос в голове Помощника.

– Все, что я и прошлый мастер строили, разрушилось в один момент.

– Зная всю ситуацию, даже не могу и предположить, насколько глубоко травмировала вашу душу эта новость, да и все последние события.

Что будет с камнем? – прямо спросил Доктор, после небольшой прелюдии.

– Не знаю. Я ничего не знаю… – растерянно произнес мужчина.

Будь он в привычной ситуации, или выступая перед публикой, он смог бы ответить, не смотря на то, что мог и не знать этого ответа.

Сейчас, лишившись почти всех надежд, было не до оправданий и красивых речей.

Главным оружием были лишь действия… Но и их совершить он был не в силах.