Обломки мифа, или «Мёртвые сраму не имут»

Но сначала унизил и растоптал! А вот ты наших богов предала!

– Нет! Я поверила в истинного Бога!

– Пусть так. Но если мы примем веру греков, то греки и будут нами править!– Святослав гневно сверкнул голубыми глазами.– Разве не так? Через своих священников!

Ах, как он был красив в гневе! Княгиня невольно залюбовалась своим сыном.

– Не так, – спокойно, но твёрдо сказала Ольга.– Но многие думают так же, как и ты. Но это не так! Греческие священнослужители не вмешиваются в дела власти! Это римские священники вмешиваются! Немцы! Но, сюда в Киев, мы их не пускаем! Ты знаешь.

Такое же крещение от немцев принимают твои любимые норманны и угры тоже. И древляне получили крещение от немцев. Их и дразнят немцами.

– А разве не один у греков и немцев Бог? Разве не все они рабы Распятого Мертвеца?

– Не смей так говорить о Господе! Он смертью смерть попрал!

– Извини, я не хотел тебя обидеть.

– А отличаются многим. Службой Богу отличаются. Вера-то едина. И церковь едина (16. Раскол церквей на православную и католическую произошёл в 1054 году).

Но… Кроме вселенского собора, западная церковь подчиняется главному священнику, что в Риме сидит, Папой называется, они считают, что бог понимает только три языка: латинский, еврейский и греческий. И вмешиваются в дела княжеской власти, ибо говорят, что власть Папы должна распространяться, как на души подданных, так и на их тела!

– Ого!

– Да! А греки считают, что Бог понимает все языки, так как он их сам создал и службу ведут на местных языках! И в дела власти не вмешиваются! Ибо как сказано в Святом писании: «Отдайте Богу богово, а кесарю кесарево».

– Ну, хорошо. А князь твой, Илья Муравец, он не вмешивается во власть? Не смущайся, мать. Я не малое дитё! Я всё понимаю и не осуждаю. Только за тобой, за делами твоими, угадывается мужчина. Всё, что ты делаешь для нашей земли, наверняка его задумки?

– Задумки-то его, да не все! А дела-то мои! По ним меня знают! Не его!

– Рад за тебя! Только Моравию-то, мы потеряли! Не сумели удержать, а вера в их Бога у тебя осталась.

– И я не жалею!

– Хорошо! Но, что ты хочешь от меня? Помощи? Какой? До сих пор ты не очень-то подпускала меня к управлению землёй. Всё сама да сама.

– Потому, что ты больше любишь махать мечом, чем думать!

– Думать я, мать, тоже люблю и умею! Как я понимаю, понадобился меч.

– Ты знаешь,– помолчав, уже спокойно сказала княгиня,– почему товары из Персии и вообще с Востока в торгу у нас в Киеве такие дорогие?

– Нет.