Оставление Москвы

К ним спустился сын генерал-губернатора Сергей Ростопчин, адъютант Барклая-де-Толли. Барклай разрешил ему отдохнуть дома после настойчивой просьбы отца, сам Сергей был против, он не считал контузию руки, полученную при Бородине, серьёзной причиной оставить армию, даже ненадолго, но отец настоял.

Ростопчин распечатал пакет, прочитал уведомление и промолвил растеряно:

– Да, но князь Кутузов, меня лично позавчера уверил, что…

– И, тем не менее, Фёдор Васильевич, – сказал де Монтрезор.

– И что же мне сказать ополченцам, что ждут меня на Трёх Горах?

– Думаю – ничего.

Не ходите и всё. Неужели у вас, как у генерал-губернатора мало дел? Москву оставляем, надо успеть вывезти всё наиболее ценное до прихода неприятеля. Какие уж тут ополченцы?

– Вы правы… – согласился Ростопчин. – И одним ополчением мы французов не разобьём, а время потеряем. Дел из-за оставления Москвы навалиться много. Ночь будет бессонная.

– Не только у вас, Фёдор Васильевич.

– Тебя, Сергей, это не касается, – сказал Ростопчин сыну, – ты будешь спать.

Сном выздоравливают.

– Ты, Сергей Фёдорович, нужен русской армии и нужен здоровым, – назидательно сказал адъютант Кутузова. – Главнокомандующий хочет отступать через Москву, что бы армия Наполеона втянулась в город. Войдёт он сюда победителем, а вот кем выйдет? Войдут, займутся грабежом, опустошат винные погреба, а если им ещё и провианта не давать… Будем мы их ещё бить, граф. Думаю, что ничего ещё не кончилось, а только начинается, светлейший князь знает, что делает, и мы разобьём Бонапарта и без ополченцев.

Замете – ополченцев не задействовали при Бородине. И это правильно, Фёдор Васильевич. Что бы превратить ополченца в хорошего солдата, его надо учить. А это время. Вы и так, граф, делаете всё возможное для нашей победы. Всё что в вашей силе, – де Монтрезор подумал и добавил, – а вот высылать сорок иностранцев, наверное, было лишние, по моему мнению.

– Вам, наверное, жаль ваших соотечественников.

– Мои предки покинули Францию триста лет назад.

Сначала осели в Польше, а потом в России. И вот уже несколько поколений моих предков верой и правдой служат России, – сурово и с некоторой обидой в голосе возразил адъютант Кутузова.

– Не обижайтесь, граф. Вы действительно русский. Кто же в России не знает о Монтрезорах? А французы… Что французы? Копейки не стоит! Смотреть не на что, говорить не о чем. Врет чепуху – ни стыда, ни совести нет. Языком пыль пускает, а руками все забирает.