Обломки мифа. Книга 2. Враги

Всё утро пятнадцатого августа Никифор Фока молился в монастыре Авраамитов, что не далеко от Золотых Ворот перед иконой нерукотворной Божьей Матери, что ещё с Константина Великого считалась покровительницей Города и его василевсов.

Вечером того же дня в царских одеждах, на белом коне, покрытой пурпурной попоной, через Золотые Ворота торжественно въехал в Город новый василевс Никифор Фока. Так на Закате Времён через них должен въехать Христос (ибо Новый Рим олицетворяет собой не только Старый Рим, но и Иерусалим) в город, которому суждено быть после Страшного Суда Обителью Праведников.

Народ и вельможи восторженно встречали нового императора.

На следующий день в храме святой Софии патриарх Полиевкт торжественно увенчал его царской диадемой.

Первое, что сделал Никифор Фока взойдя на трон, это подтвердил ранее данные должности своим сподвижникам Иоанну Цимисхию, Роману Куркуасу, Никифору Эксакиониту и прочим вельможам Империи, поддержавшим его. Своего отца Варду Фоку он возвёл в достоинство кесаря – титул больше почётный, чем приносящий реальный доход.

Своего брата Льва возвёл в сан магистра и назначил куропалатом – начальником всей дворцовой стражи. Саму же стражу, состоявшую из северных варваров, наградили ещё раз трёхмесячным жалованием и отпустили на родину. Им посоветовали, что если они двинутся в путь прямо сейчас, то ещё до зимы преодолеют днепровские пороги и зазимуют в Киеве. Их заменили армянами.

Евнуха Василия Нофа новый василевс, всячески обласкав денежными довольствиями, наградил титулом проедра, что означает председатель, правда не понятно, чего, и какие функции обязан выполнять его обладатель, но к нему прилагалось довольно таки внушительное жалование.

А также титул паракимомена и главы синклита. Но радость омрачилась тем, что Лев Фока дружески посоветовал евнуху, если он не хочет потерять голову, не лезть в дела Империи. Василий благоразумно решил подождать своего часа.

Бывшего парекимомена Иосифа Врингу василевс простил и отправил на родину в Пафлагонию, в монастырь Асикрит, где он должен был принять постриг.

Прощаясь, Никифор мрачно пошутил, что Иосифу давать обет безбрачия не обязательно, он и так его выполняет всю жизнь.

Через два года безвестный монах, бывший могущественный пракимомен Иосиф Вринга предстал перед Господом.

Глава 5

В гинекее, женской половине дворца, Никифора радостно встретила василиса Феофания.