Никель. Истории ледяных менеджеров

В 1940 году в Норильлаге работали 20 тысяч человек, а к моменту смерти Сталина в 1953 году население Норильска составляло 77 тысяч, из которых 68 тысяч – заключенные Норильлага (официально статус города Норильск получил в 1953 году). Всего через лагерь прошли около 350 тысяч человек.

Большую часть из этого числа составляли политзэки – осужденные по печально знаменитой 58-й статье (контрреволюционная деятельность, антисоветская пропаганда). Был здесь и так называемый горлаг – для власовцев, бандеровцев, лесных братьев, с самыми тяжелыми работами и суровыми даже на общем фоне Норильлага условиями.

Так что Норильск был одним из самых ярких образов «лагерной экономики».

Впрочем, был тут и так называемый соцгородок, там жили вольнонаемные. В какой-то момент стали думать, оставлять все как есть или возвести настоящий город. Начальник стройки и завода, генерал НКВД Авраамий Завенягин убедил Сталина, что надо строить. Из Ленинграда пригласили архитекторов, которые центральную часть города спроектировали очень похожей на Санкт-Петербург, где, как известно, творил итальянский архитектор Растрелли.

Хотя от Москвы до Норильска лететь четыре часа, жители северного промцентра до сих пор называют остальную часть России материком, как будто живут на острове. И они правы в какой-то степени: железная дорога тут только локальная, стокилометровая от Норильска до Дудинки. Там – порт, туда везут никель и медь, грузят на корабли и развозят по всему свету: сначала вниз по реке Енисей, а потом по Северному морскому пути: на запад – в Европу, на восток – в Азию.

А пассажиров грузовики не берут. Пассажирам можно только вверх по Енисею, через четыре дня можно добраться до Красноярска (а там уж и железная дорога до Москвы: три дня без малого – и в столице).

Город Норильск получил свое имя от названия местных гор и реки. А они, в свою очередь, от «норила», которое Владимир Иванович Даль так описывает в своем «Толковом словаре живого великорусского языка»: «Шест с развильем, которым пронаривают невод подо льдом, в подледной ловле рыбы».

Говорят, что этот способ ловли рыбы до сих пор в ходу. Хотя сами норильчане шутят: «Норильск – потому что ветер постоянно дует на рыло».

Во время Великой Северной экспедиции 1733–1743 годов Харитон Лаптев описал побережье Таймыра и отметил на карте реку Норильская, хребет Норильский Камень, Норильское зимовье. Слова «станок Норильское» появились на российских картах позже, в 1884 году.