Неопознанная педагогика. Адыгея. Черкесские сады, или Плач под лезгинку

В 20-30-е годы XIX века строились разные планы присоединения Черкесии к Российской империи. Среди них были и мирные.

…Изображение «черкесского Карамзина» (так, полушутя, называл его Николай I) преподнёс мне адыгский архитектор, автор монумента, на котором, среди героев, пророков, простых горцев – фигура этого малоизвестного сегодня в России человека по имени Султан Хан-Гирей. На портрете – знакомый по литературе тип светского молодого человека первой половины XIX века, гордый профиль и нос с горбинкой выдают кавказское происхождение.

За свои тридцать четыре года, – короткая, как у Пушкина, Лермонтова жизнь (Хан-Гирей из этого времени, и даже внешне чем-то похож на них), – он успел сделать столько, что навсегда вписал своё имя в черкесскую и русскую историю.

Родился в 1808 году. Его отец, Махмед Крым-Гирей, был князем. Предки происходили из дома крымских ханов, но поселившись среди адыгов, ассимилировались, сохранив от прошлого лишь имена. Султану было двенадцать лет, когда по завещанию отца его отправили в Тифлис, под опеку главнокомандующего генерала А.

П. Ермолова. Тот обратил внимание на выдающиеся способности мальчика и после окончания гимназии направил его в Петербургский кадетский корпус, лучшее в то время военно-учебное заведение России.

На долю молодого человека выпало участие в русско-персидской и русско-турецкой войнах, из которых он вышел поручиком с боевыми наградами. Состоял в адьютантах главнокомандующих А. С. Меньшикова и В.А. Перовского, участвовал в военных действиях во время «революционного мятежа» в Польше.

В 1837 году молодому Хан-Гирею присваивается чин полковника.

Он вращается в высших кругах общества, приближен к государю… Народный писатель Адыгеи Машбаш описывает встречу с Хан-Гиреем известного редактора Н. Греча. «Слушая Хан-Гирея и пристально глядя на него, Н. Греч думал: "Да, крепкий орешек прислал мне в подарок А. Х. Бенкендорф. Умён, образован, тонок – просто так не возьмёшь, да ещё смотри, как бы самому не попасть в его силок. И вот ведь тут какая штука – этот черкес не только сам, лично, охраняет Императора, под его командой горский полуэскадрон.

Охрана!"».

Ему двадцать девять лет. Перед ним блестящее будущее…

Это был прекрасно образованный, талантливый, многообещающий человек. Великолепно знал русскую, зарубежную историческую и художественную литературу. Был в курсе новейших открытий, философских течений. В совершенстве владел четырьмя языками.

Хан-Гирею не был чужд светский образ жизни.