Неопознанная педагогика. Адыгея. Черкесские сады, или Плач под лезгинку

То, что я принял за снег, – было скалой.

«В Коране горы – скрепы земли. Глубокие, с корнями, выросшие Бог знает, когда» – «А горы эти чьи?» – спрашиваю я. – «Адыгеи. А стоим мы на кромке Краснодарского края».

Постояли на кромке, поехали. «Вот опять Адыгея началась, – говорит Махмуд. – Адыгея – это дорога, судьба, история…»

Впрочем, есть критерии приземлённей: где республика, где край, видно по качеству асфальта. Там, где асфальт новый, пористый, – Адыгея. Потому что, поясняет Махмуд, если будешь расходовать деньги на старый, – считают, нецелевой расход средств.

А Краснодару не важно. «До смешного доходит: дорога проведена, мост перекинут адыгейский, – а дальше тропинка. Не подумаешь, что дорога. А потому что им дорога не нужна, она нам нужна».

Ну, им тоже, конечно, нужна, – тем, кто с «мигалками».

А у нас с ним мигалки нет, но едем по хорошей дороге. «Вот, – объясняет мне Махмуд эту запутанную картину гор, обрывов, полян и дорог, – Адыгея начинается.

А вот, – смеётся (дорога пошла ужасная, вся в выбоинах). – закончилась…»

Очень ревностно в каких-то аспектах, замечает он, взаимоотношения выстраиваются.

ДОПУСТИМ, БОГА НЕТ. А ВДРУГ?

Полторы тысячи метров над уровнем моря. Большая Азишская пещера, длина 640 м, высота 40.

Сталактиты образуют причудливые формы. «Крылья ангела». «Дерево счастья». «Домик гномиков», – объясняет проводник маленьким детям. – «А где гномики?» – спрашивают дети. – «Ушли на море».

 – «А где море?» – «Там», – машет рукой.

Не так-то просто отбиться.

Мы вылезаем из пещеры на свет и рассматриваем вершины. Малый Тхач, Ачешбок; перевал Чёртовы ворота, гора Экспедиция, база «Земля»; самая высокая гора Чугуш – 3238 метров.

Налево – Абхазия, Чёрное море. Абазины. Направо убыхи. А в центре – абхазы, абадзехи. Разные ветви. Разные горы одного народа.

Недавно яркие, а сейчас жухлые. А осенью становятся красно-жёлтые, – в разные времена года меняются… И чего там только нет…

– Зубры есть.

Чёрный волк…

– Орлы?

– Всё есть. И орлы, и горные бараны, и медведь кавказский, кошки дикие. И растения с именами, которых уже не знаем…

«…Есть такое понятие в фотографии – ?разрешение качества?. И у людей есть – один видит то, чего я не вижу. Видит разницу между камнями, деревьями. Для кого-то целый мир, для меня просто пятна. Вот это, знаю, папоротник, учил в школе. А это – бук, не бук… не знаю.