Жизнь и судьба инженера-строителя

Всё это разрозненные, отдельные впечатления полусознательного существования, не связанные как будто ничем, кроме личного ощущения при переезде в Рубцовск; наш вагон был разделён нехитрой разрешённой к перевозке мебелью на отсеки для каждой семьи, в них были устроены трёхъярусные деревянные нары; спальные места для матерей с маленькими детьми и стариков располагались на первом ярусе на ящиках с вещами, взрослые – на втором и третьем ярусе; для детей постарше, таких, как я, чтобы они никому не мешали, устроили под потолком на уровне маленьких окошек дневные места в виде балкончиков с перилами; на ночь детей спускали вниз, они спали на ящиках, поскольку родители опасались, что во время сильных толчков дети могут упасть вниз; с балкончиков мы наблюдали за всем, что происходило в вагоне, но особенно интересно было смотреть в окно на многочисленных остановках, когда на станциях загружали на паровозы уголь; люди бегали с чайниками и запасались питьевой водой; в центре вагона стояла большая печь, специально изготовленная на заводе из металла, топилась она дровами и углём; целый день на печи, которая была горячей, женщины варили и жарили пищу, подогревали воду для купания детей; в углу вагона было вырезано отверстие в полу с крышкой, куда сбрасывали испражнения; разные отходы выбрасывали под откос во время открывания роликовых дверей при проветривании вагона; иногда на остановках брат выводил меня на «экскурсию», мы шли вдоль состава; я видел зачехлённое заводское оборудование, а также на других составах – пушки и танки, которых везли ремонтировать на Урал; интересно было стоять рядом с паровозом, он был уже под парами, а один раз Витя поднял меня и передал машинисту, тот показал мне своё отделение с топкой и кучей угля, который сбрасывался из тендера; во время движения папа и все взрослые периодически днём и ночью дежурили и осматривали все платформы на предмет возможных диверсий; подростки, такие как Витя, помогали им, носили еду, бегали на остановках за водой и т.

п.; на большой остановке в Челябинске папа «потерялся», поезд тронулся без него; позже он рассказывал, что задержался на ЧТЗ, получая техническую документацию для нового завода, который предстояло построить в Рубцовске; только на пятые сутки, где-то не доезжая Новосибирска, папа, передвигаясь литерными военными поездами, догнал наш поезд.