Статус Руси в XIII–XVI веках. Тюрки или монголы? Иго или противостояние?

На что великий Улугбек впоследствии отреагировал следующими словами: «Этого достойнейшего и наичестнейшего визиря довели до состояния мученической смерти».

Академик Монгольской Академии наук Шагдарын Бира относительно сочинения Рашид ад-Дина ответил следующим образом: «Труд Рашид ад-Дина не вполне однороден как по содержанию, так и по стилю повествования. Он представляет собой яркий пример своеобразного синтеза различных историографических традиций своего времени. Есть все основания видеть в нем уникальный по синкретизму памятник персидской историографии эпохи монгольского владычества в Иране, включивший в себя многоразличные элементы никогда ранее не соприкасавшихся традиций – мусульманских, монгольских и китайских».

Историк И.П. Петрушевский пишет: «Труд Рашид ад-Дина не разъясняет сложных, доныне нерешённых исследователями вопросов о происхождении имени монголов, и о том, в каком отношении находились друг от друга татары и монголы, а также о том, какие из племён, кочевавших в Монголии, в начале XIII в.

были монголоязычными, и какие тюркоязычными». Петрушевский рекомендует обращаться к работам академиков В.П. Васильева, В.В. Бартольда и к сведениям Марко Поло.

Каким образом, в силу каких исторических обстоятельств произошло в XVII веке в Монголии образование современного халха-монгольского языка подробно изложено в данной книге в главе V «Второй этап «перестройки» этноса в Монголии (XVII вв.).

Таким образом, ученые историки к труду Рашид ад-Дина относятся критически, не верят ему, когда персидский летописец пишет (1311 г.

), что «монголы – это тюрки», о чем в данной книге будет упомянуто и неоднократно.

Как бы там ни было, этот коллективный труд – «Сборник летописей» Рашид ад-Дина в официальной историографии считается основным и главным «общепризнанным» источником по изучению истории эпохи Чингисхана.

4. Записки китайских путешественников-современников Чингисхана, которые непосредственно видели и беседовали с основателем Монгольской империи.

Мэн Хун. «Записки о монголо-татарах». В 1219 году Мэн Хун в качестве посла от Южно-Китайского правительства (династия Сун) был направлен в ставку Чингисхана для переговоров по поводу военных действий против империи Цзинь (Маньчжурия и Северо-Восточная часть Китая). Его записи или отчёт о выполненной миссии дипломата и разведчика, написанный сразу же после возвращения в 1221 году, был обнаружен русским историком-востоковедом В.П.